Голодная пустошь

Красная птица, железная, сияющая, блеснула поликарбонатным лобовым стеклом. Тана разглядела за штурвалом пилота в шлеме и очках-авиаторах, помахала рукой, сперва медленно, потом, пригнувшись, все быстрее и быстрее. Пилот аккуратно посадил самолет на утес, мотор затих.

Дверь открылась, и в сахарную корку снега выпрыгнула женщина в длинном пальто с меховой оторочкой и логотипом следственного комитета. За ней вышли два парня – помощники, догадалась Тана.

– Констебль Ларссон, – сказала она, шагнув вперед.

Глава 10

Уже совсем стемнело, когда Тана и Маркус Ван Блик вернулись в лагерь. Измученная, умирающая от голода, Тана припарковала внедорожник у ангара, рядом бросила вещи. Гарри Бландт выбежал им навстречу.

– Ну как оно, как оно? – поинтересовался он, забирая у нее сумку. – Вы, наверно, есть хотите. Повар вон там, в большой юрте. У меня есть рагу. И кофе.

– Слона бы съела, – сказала Тана. – Только не говорите, что рагу из лося.

– Из лося, – подтвердил он. – Конечно, из лося, конечно.

Неожиданно для себя она рассмеялась и ощутила к этому забавному человечку нечто вроде симпатии.

– Вот сюда, вот сюда, – приговаривал он, спеша вперед. Тана подумала, что у него только два режима – спящий и на полную мощность. Как у Тойона, когда он был щенком. Забросив на плечо рюкзак и оружие, она окинула взглядом Ван Блика, слезавшего с внедорожника.

– Идешь с нами?

– Нет.

Она помедлила, потом сказала:

– Спасибо.

Он фыркнул.

– Если опять кого-нибудь убьют, я к вашим услугам, констебль.

Некоторое время она смотрела ему в глаза, несмотря на беспокойство, потом повернулась и побрела за Бландтом. Небо было жутковатого жемчужно-синего цвета, каким бывает только северное ночное небо. На горизонте мягко переливалось желто-зеленое сияние. При ходьбе болью сводило ноги, поясницу ломило так, будто по ней ударили молотком. Голова раскалывалась.

– Ваш пилот улетел, – сказал Бландт, – но Хизер еще тут.

Тана приподняла бровь.

– Хочу. Мне нужны ее показания, и ваши тоже. Ван Блик уже дал. – Кроме того, она сфотографировала отпечатки его ботинок. – И с Тиваком Кино надо поговорить.

Бландт остановился посреди дороги.

– Зачем? Это просто, ну, несчастный случай. Ничего тут нет криминального, верно?

– Я должна написать рапорт, – ответила она.