Тебя предупреждали…

Склонив голову набок, она искусственно улыбнулась и неторопливо, размеренным шагом подошла ко мне.

– Готова спорить, ты никогда им не мажешься, – сказала она. – Или всё-таки да?

Я качнула головой вверх-вниз, как болванчик, и встала прямо, чтобы казаться увереннее:

– Пользуюсь. Но не когда иду в школу.

– Ну разумеется. Дети никогда не ценят своей молодости, – процедила она, и в её словах было столько злобы, что они сердитыми осами повисли в воздухе. – Вы её не заслуживаете.

На секунду солнечные лучи упали на её лицо под каким-то особенным углом, высветив нечто неуловимо ужасное.

– Прости, Куинни, я готова! – крикнула мама, нарушив напряжённое молчание, и от облегчения у меня едва не подкосились колени. Заперев дверь, она сбежала по ступенькам. – Доброе утро, мисс Беа.

Та вернулась к себе на лужайку и, стерев с лица все намёки на скрытую враждебность, невинно улыбнулась маме:

– Доброе утро, дорогая! Я как раз говорила твоей дочери, какой красавицей она стала.

Мама открыла двери и бросила на заднее сиденье сумку.

– Правда же? Вся в отца. Вам, должно быть, так тяжело, – проворковала мисс Беа. Казалось, её голос просто сочится мёдом.

У мамы ушла секунда, чтобы опомниться, а потом она сменила тему:

– У вас и в этом году чудесные розы. В чём ваш секрет? Мои, похоже, даже цвести не собираются.

Мисс Беа повела плечом:

– Я всегда умела найти общий язык с природой.

– Везёт вам! Ну, мы поехали. Хорошего дня.

– И вам тоже, дорогая. До свидания, Куинн, ещё увидимся, – улыбнулась она мне.

Но я ничего не ответила и села в машину. Мама, заведя двигатель, укоризненно вздохнула:

– Это было грубо. Мисс Беа с тобой попрощалась, Куинн.

– И? – не смутилась я. – Она вредная и всегда была такой.

Мама вывела машину с подъездной дороги на проезжую часть:

– Это неправда.

– Ой, да ладно, мам! Признай: она странная! Как и все старички.

– Сколько раз я просила их так не называть!

Я промолчала. Мама шумно выдохнула и расслабила пальцы на руле. За этим последовали вопросы о школе и тренировках. Я отвечала односложно: её попытки поддержать разговор не могли отвлечь меня от миллиона вопросов, клубящихся в голове.