Железный цветок

Они неотрывно смотрят друг на друга, оба серьёзные, сосредоточенные. И стоят совсем близко… слишком близко.

– Объявили, что скоро всех будут проверять железом, – дрожащим голосом говорит Айрис. – Ты их знаешь, они сдержат обещание. Мне надо бежать. И как можно скорее!

От этих слов мои мысли начинают отплясывать какой-то безумный танец.

Айрис Моргейн… потомок фей?

Как ни пытаюсь, я не могу припомнить случая, когда Айрис бралась бы на кухне за кастрюли или чистила плиту. Она всегда месит тесто или делает пирожные.

Всегда.

Если она так боится проверки железом… Значит, Айрис – настоящая фея, даже не полукровка. Зачарованная фея, как Тьерни!

Айрис умоляюще смотрит на Айвена, по её щекам бегут слёзы. Своими сильными руками он ласково притягивает девушку к себе, что-то тихо говорит ей на ухо, склоняя голову к её плечу. Тёмные взлохмаченные кудри Айвена переплетаются с длинными золотистыми прядями Айрис.

Моё тело с ног до головы пронизывает жгучая боль… Как бы я хотела быть на месте Айрис и чтобы меня обнимал Айвен… Ещё никогда я так отчаянно не проклинала своё сходство с бабушкой.

«У тебя нет ни малейшего права на такие чувства! – в ярости напоминаю я себе. – Он тебе никто!»

Айрис незаметно поворачивает голову, целует Айвена в шею и с тихим стоном прижимается к нему.

Он замирает, широко распахивает глаза и удивлённо шепчет:

– Айрис…

Айвен отстраняется, а у меня внутри вдруг вспыхивает огонь так давно сдерживаемой страсти, разгорается безумное, выстраданное желание.

Словно почувствовав это, Айвен поворачивается и смотрит прямо на меня своими сияющими в полутьме зелёными глазами. Этот взгляд не оставляет сомнений: он узнал меня, и мои чувства для него не тайна.

Задыхаясь от ужаса и унижения, я роняю вёдра с кормом для поросят и торопливо отступаю в снежную ночь, сбегаю с холма, едва не сбивая с ног удивлённую Ферниллу.

По щекам непроизвольно катятся слёзы. Я пробегаю через кухню, столовую, преодолеваю коридоры и вбегаю в пустую аудиторию, где буквально падаю за письменный стол, уронив голову на руки.

Всё-таки влюбилась. А ему я не нужна. Совсем.

Равнодушие Айвена с каждым разом ранит всё сильнее.

Забыв обо всём, кроме своего несчастья, я замечаю Ферниллу, только когда она кладёт мне на плечо свою жёсткую мозолистую ладонь и с тихим скрежетом придвигает стул.