Древо Тьмы

С каждым ударом сердца девушка безмолвно повторяет молитву и тянется влажной от пота рукой к ножу, очень живо воображая, как всадит острое лезвие прямо в вышитую на груди этого ворона белую птицу. И пусть у него на рукаве пять серебристых полосок, а значит, перед ней маг пятого уровня, и плевать на волшебную палочку в ножнах на бедре.

Гарднериец наконец опускает бутылку на подоконник и яростно стягивает мундир.

Перед дрожащей, как в лихорадке, Спэрроу мелькает голое мужское тело. Под гладкой, мерцающей в свете фонаря зеленоватой кожей перекатываются мышцы.

Тяжело дыша, молодой человек медлит, сжав в кулаке мундир, будто пытаясь испепелить плотную ткань взглядом, потом хватает с подоконника бутылку и опрокидывает её содержимое на мундир, на себя, заодно поливая и солому под ногами. Вынув из ножен волшебную палочку, он тихо произносит заклинание, и Спэрроу ясно видит из тёмного угла крошечное пламя.

«Так вот что он задумал!»

Девушка вскакивает и, распахнув дверь стойла, с воплем бросается к юноше:

– Нет!

Мотнув головой в её сторону, он с удивлением замирает, в его зелёных глазах бушует такая буря, что Эффри, прячущийся за юбками Спэрроу, тихонько всхлипывает, а Раззор угрожающе рычит.

Маг тяжело и беззвучно вздыхает, глядя на нежданных гостей, будто в тумане, и крошечное пламя на кончике его волшебной палочки медленно исчезает.

– Ты что задумал? – хрипло спрашивает Спэрроу. Ей вдруг кажется, что земляной пол уходит из-под ног.

Она давно привыкла держать язык за зубами, однако сейчас совсем неважно, что и как она скажет этому ворону. Он может разделаться с ними одним взмахом волшебной палочки и наверняка уже догадался, что перед ним беглецы с островов Фей.

Гарднериец опускает палочку и смотрит на Спэрроу так, будто она призрак, и отвлекает его лишь громкий рык дракона. Спэрроу тоже оборачивается на незнакомый звук и едва не падает с ног.

Белый и светящийся, будто огонь маяка в ночи, дракон сидит, изготовившись к атаке, на усыпанном клочьями соломы полу и буравит противника алыми прищуренными глазками.

А что же Эффри, милый малыш Эффри?

Безобидный крошка крепко сжимает булыжник, который зачем-то прихватил у воды. Камень в его руке сияет, будто лиловая звезда, выдавая одновременно магические способности Эффри и его самую большую тайну – принадлежность к мужскому полу.

«Ну вот, всё пропало, – теряя силы, думает Спэрроу, – всё кончено.