Самые темные дороги

Кто-то взломал сарай, где ее отец хранил брагу? Когда? До или после пожара? Бак сказал, что полицейские забрали алкоголь и медный самогонный аппарат, но, возможно, какой-то искатель удачи, прознавший о смерти ее отца, решил поживиться спиртным.

Она подняла замок и внимательнее изучила его. В скважине определенно кто-то ковырялся. Она положила замок в карман отцовской куртки.

Дверь со скрипом отворилась, и Ребекка вошла в сарай. Внутри стоял полумрак. Она включила фонарик на своем смартфоне, но использование аппарата подобным образом имело свою цену: при низкой температуре батарейка могла разрядиться в любой момент.

Ребекке уже не раз приходилось оказываться в такой ситуации.

Она посветила на полки. Все бутылки исчезли; остались лишь отпечатки в густой пыли на полках и стенах. Такие же отпечатки на деревянном столе показывали, где недавно стояло самогонное оборудование отца. А у задней стены, под крошечным окном стоял старый верстак, которым ее мать когда-то пользовалась как столиком для шитья.

Фонарик высветил тонкий слой пыли и на этой поверхности.

Ребекка провела по верстаку рукой в перчатке. Пыль поднялась холодным облаком, навевая воспоминания. О матери. О том, что они всегда были одной семьей. Ребекка всегда верила, что она будет жить здесь, на ранчо. Как Мэри Эш. У нее перехватило дыхание от накативших чувств. Но когда Ребекка была уже готова отвернуться, она заметила свежие соскобы в пыли вдоль задней части верстака.

Ее пульс участился, и она посветила ближе. Отпечатки пальцев. Не руки в перчатках, а пальцы, которые хватались за край и проводили по нему. Как будто человек прятался за скамьей и наблюдал за дверью. Маленькие руки. Маленький человек. Вроде ребенка или миниатюрной женщины. Сердце забилось еще быстрее.

Ребекка поспешно сделала фотографии на тот случай, если кончится заряд в батарейке.

Потом она осторожно провела лучом света за скамьей.

В расщепленном дереве ножки стола застряли два длинных волоска, темно-каштановых, с легкой волной. Они были примерно двенадцати дюймов длиной и заколыхались в воздушном потоке, вызванном движением Ребекки. А на полу застыла лужица желтой краски, посреди которой находился полный отпечаток ладони и частичный отпечаток ботинка. Полицейские инстинкты ожили, и Ребекка быстро сделала еще несколько фотографий. Ее взгляд переместился на дверь сарая.