Алая книга вампира

Они уже умерли, и теперь им уже не важно, что будет с их телами.

Всё закончилось быстро. Трое сели в машину Макса и помчались к границе миров.

Когда Кристина вынырнула из воспоминаний, ехали они уже примерно час. Егор повернулся к ней и сказал:

– Мы почти приехали; как только пересечем Столб Забытья, ты услышишь небольшой хлопок, от него у тебя заложит уши. Это стандартная реакция на преодоление заклинания защиты Поля. Дальше пропускной пункт, и ты дома.

Всё, что произошло после его слов, стало для нее полной неожиданностью.

Столба, про который говорил ее друг, она не увидела. Скорость Макс развил приличную. Они пролетели сквозь подрагивающую фиолетово-сиреневую дымку на скорости 300 километров в час. Ее просто вжало в сиденье. Хлопка она не заметила, так как уши заложило сразу, как только Макс увеличил скорость.

После рубежа Макс сбросил скорость и остановился, чтобы Кристина смогла прийти в себя.

– Теперь, я объясню, – сказал Егор. – Границу может увидеть только житель Застенья. Для обычного смертного это просто дорога, идущая в направлении от города.

Обычная трасса. Нам же открывает глаза Заклятие Стены, которое наложено на все кланы. Таким образом, каждый член клана Поля видит грань между миром смертных и миром нелюдей. Заклинание искривляет для нас реальность, чтобы вход в Застенье был над оврагом. На любую машину, которая выезжает за грань или въезжает, ставится амулет. Он открывает портал. Своего рода арку, куда можно въехать. Тот, у кого нет автотранспорта, открывает проход словами заклинания. Эти слова заучиваются еще в детстве.

– Много лет назад, когда понадобилось вмешательство самых могущественных ведьм, слова были написаны ведьмаком-отшельником и переданы им. Полное заклинание знали только пять ведьм и ведьмак. Нам же они передали лишь три строки, но пока их тебе знать не нужно. Если захочешь, заучишь. Но помни, по договору ты больше никогда не пересечешь черту миров, – дополнил Макс.

– Когда-нибудь позже я тебе расскажу природу заклятья.

Главное, что ты должна знать: теперь его отпечаток лежит и на тебе. Точные последствия наложения его на человека неизвестны, так как смертные здесь не живут долго, – сказал Егор, хитро улыбнувшись.

– До пропускного пункта нельзя ни вернуть облик, ни превращаться. Каким прошел грань, таким должен остаться. Граница – это своего рода фейсконтроль, как говорят у вас, смертных, – сказал Макс.

– Как только пройдем пропускной пункт, я расскажу тебе, что будет дальше.