Вокруг Москвы. Путеводитель

Надежда Константиновна нисколько не лукавила – Ленин действительно придерживался так называемого демократического стиля.

Из достопримечательностей – как не трудно догадаться, музей Ленина, а также исторический музей и музеи живших здесь Марины Цветаевой, Сергея Дурылина и писателя Олега Куваева. Частично сохранилась и усадьба Костино, некогда принадлежавшая предпринимателю Александру Николаевичу Крафту. В ней сейчас тоже музей.

Скульптурные памятники Сергею Павловичу Королеву на одноименном проспекте, монумент в честь запуска первого искусственного спутника Земли на проспекте Космонавтов.

Приятна сама атмосфера зеленого, вольно раскинувшегося наукограда. И самое, пожалуй, ценное – комплекс конструктивистских корпусов Болшевской трудовой коммуны. Они, по большей части, расположены на улице Дзержинского (что, в общем-то, неудивительно). Фабрика-кухня, стадион, учебный комбинат, больница, общежития, жилые дома, магазин – сохранилось, к счастью, многое. Это уникальнейшие архитектурные памятники – над зданиями Болшевской коммуны трудились архитекторы первейшего разбора – А. Лангман и Л. Чериковер.

Черкизово

Поселок Черкизово не имеет ничего общего со знаменитым московским Черкизовским рынком. Это древнее славянское поселение на севере Московской области. Предметом исследования археологов Черкизово стало еще до революции, в 1865 году. Их самые ранние находки относятся к VI столетию до нашей эры. Самый известный здешний археологический памятник – Черкизовское селище.

Название же произошло от ордынского царевича Серкиза (он же Черкиз), владевшего здешними землями.

Но не только древностями славится этот поселок. Здесь, к примеру, зимой 1908 года студент Борис Илиодорович Россинский совершил один из первых в стране полет на управляемом планере собственной конструкции. Кстати, создавался этот аппарат здесь же, в Черкизове. В качестве материала использовался бамбук, выпрошенный молодым человеком на ляминской мебельной фабрики.

В качестве стартовой точки выбран был высокий берег реки Клязьмы.

Для начала залили покатую, гладкую горку, с которой спустили сани с планером и летчиком. Какое-то время планер ехал на санях, после чего оторвался от них и полетел самостоятельно.

Россинский вспоминал о кульминации этого исторического события: «Посреди склона я почувствовал, что меня тянет в небо. Изо всех сил я оттолкнулся ногами от саней, встречный ветер подхватил меня, бросил вверх и я полетел.