Некоторые вопросы загробной жизни. Часть вторая

Это, кстати, указано в должностных регламентах, хранящихся в персональном сейфе, – Лощинский кивнул в сторону металлического ящика. – Поэтому прошу ответить на простой вопрос: согласны ли вы работать в группе под моих условным руководством? Начальников, как таковых, в Управлении не предусмотрено – в соответствии со штатным расписанием.

– Я согласна! – воскликнула Лика, улыбаясь. – За тобой хоть в огонь.

– А я, как Виктор, – немного замявшись, сообщил Кравчук. – Мне без него скучно будет…

Все посмотрели на меня.

– Андрей Борисович, – сказал я после паузы, – а что случилось с предыдущими сотрудниками вашей группы? Вы ведь не в первый раз её формируете?

– Это шестая группа по счету. Ребята уехали в конечный пункт назначения.

– Как уехали? – удивился тувинский шаман. – Взяли и уехали?

– Послушайте, Ростислав, – поучительно произнёс Лощинский, – потусторонний мир – истинно демократическое общество. Если хотите, демократия в чистом виде. Судите сами, в этом мире нет богатых и бедных, нет зависти и злобы, не надо никого завоёвывать и вешать лапшу на уши… Даже еда и жилье не нужны.

Короче говоря, не за что бороться, кроме как за свою беспокойную душу (образно выражаясь). Здесь всё принадлежит народу, хоть и мёртвому. Единственное отличие от общепринятой демократии, которая подразумевает метод коллективного принятия решений, в том, что в потустороннем мире решения принимает сам усопший, так сказать, в одностороннем порядке.

– То есть демократия индивидуумов?

– Да, если угодно.

Поэтому любой усопший сам определяет, когда ему уезжать. Это называется «свободой выбора».

– Получается, мы можем в любое время сесть на поезд и уехать? – удивилась Ксюша.

– Конечно.

– Тогда я уезжаю, – уверенно сказала Устинова, направившись к выходу. – Мне здесь не нравится, больно тоскливо. Молодёжи мало, дискотек и вовсе нет…

– Подожди, Ксюша, я с тобой, – воскликнул шаман Бо?ян, подскакивая со стула. – Хочется всё-таки узнать, что там, в конце тоннеля.

Я, по сути, всю жизнь посвятил этому вопросу. Так чего откладывать?

– Витя, а ты? – томно произнесла Лика, умоляюще взглянув на меня.

В очередной раз я не смог воспротивиться её женским чарам.

– Профессор, а молоко за вредность давать будут?

– Молоко не обещаю, зато гарантирую массу впечатлений и незабываемых приключений. Вы ведь у нас романтик, Виктор, хоть и довольно эксцентричный.

Я ещё раз посмотрел на Лику.