Разорванная паутина

Заходит женщина, следом за которой спешит лоснящаяся рыжая лисица с четырьмя густыми хвостами с белыми кончиками. Женщина никак не представляется, подозреваю, в этом нет необходимости. Принцесса Эмбер одета в шелковый наряд персикового цвета с прозрачной накидкой и блестящим поясом. На лбу у нее красуется изящная золотая корона, а толстый обруч с золотыми звеньями и лентами, переливающимися, как солнечные лучи, висит у нее на шее. Ее глаза горят как янтарь, однако они на тон бледнее, чем мои, блестящие черные волосы собраны за спиной в искусные косички, переплетенные с золотыми лентами.

Принцесса Эмбер настолько красива, что кажется нереалистичной, словно картина, ожившая в солнечном свете. Ее веки подведены алыми тенями, а губы накрашены точно таким же оттенком, как ее наряд.

Саенго приходит в себя быстрее, чем я, и низко кланяется. Я повторяю за ней, бросая мечи на пол.

Не тратя времени на приветствия, принцесса Эмбер грациозно шагает мимо нас и идет прямиком в павильон. Я растерянно наблюдаю, как она подходит и садится на каменную скамейку, расправляя длинную накидку так, чтобы выглядело, будто она сидит в море шелка.

Ее лисица-фамильяр тоже забирается на скамейку и усаживается на шелковые волны, а ее хвосты развеваются при каждом движении.

Устроившись поудобнее, принцесса Эмбер наконец-то тепло улыбается и произносит:

– Пожалуйста, присаживайтесь. Я весь день проводила встречи и совещания, ужасно проголодалась.

Я неуверенно выхожу во внутренний двор. Свет клонящегося к закату солнца сочится сквозь стеклянную крышу и погружает углы павильона в тени, а центр излучает мистическое оранжевое сияние.

Принцесса Эмбер накладывает на тарелку еду, очевидно, ее совершенно не волнует, что она должна обслуживать себя сама. Глянув на Саенго и пожав плечами, я тоже тянусь к еде. Деревянная ложка с ручкой, вырезанной в виде журавля, лежит в тарелке с рисом, и я накладываю себе немного риса. Пахнет чем-то сладковатым, как будто приправлено медом.

– Можете звать меня Киша, как называют друзья, – продолжает принцесса, поднимая чайничек и наливая в фарфоровую кружку горячую жидкость.

Напиток пахнет цветами и травами. Золотые браслеты обвивают запястья принцессы, поблескивая при каждом ее движении, нежные сережки украшают заостренные кончики ее ушей. – Вы ведь в первый раз в Ньювалинской империи, Сирша? – спрашивает она.

Конечно, она знает, как меня зовут. Кто-нибудь обязательно ей сообщил.

– Да, – отвечаю я, – и Саенго тоже.