Разорванная паутина

Киша и Тейерн, окруженные стражниками и слугами, разговаривают на ньювалинском языке. От разочарования у меня тут же начинает болеть голова. Мне нужно поговорить со жрицей Мией и попросить, чтобы кто-нибудь дал нам с Саенго несколько уроков местного языка.

Даже со спины Тейерн и Киша выглядят как сногсшибательная пара. Невзирая на столь ранний час, на принцессе Эмбер одеяние из многослойного золотого шелка, струящееся вокруг фигуры. Ее волосы заплетены вокруг короны, украшенной лепестками и алыми рубинами, а на шее блестят драгоценные камни, сочетающиеся с красными сережками.

Рядом с ней шагает Тейерн в синем наряде с серебряной вышивкой на спине и воротнике. Его талию украшает такого же оттенка серебряный пояс, поверх которого надет ремень с серебряными звеньями и белыми драгоценными камнями, такими же, как в его короне.

Рядом с ними нет ни одного фамильяра. Несмотря на их договорной союз, доверие пока, очевидно, является вещью слишком хрупкой.

Стражники открывают двери, за которыми располагаются огромные круглые покои.

Киша и Тейерн заходят внутрь. Слуги кланяются, собираясь уходить, когда стражники закрывают двери. Саенго толкает меня.

– Погодите! – кричу я, огибая слуг.

Стражники замирают, с удивлением на меня таращась, скорее всего, потому, что я до сих пор в ночной сорочке. По крайней мере я накинула свободный хлопковый халат и завязала пояс. Стражники колеблются, однако потом снова распахивают двери, впуская меня.

Внутри зал оказывается больше, чем я ожидала, с окнами от пола до потолка, занимающими половину стен, и с тяжелыми алыми портьерами.

Потолок образует стеклянный купол, открывающий вид на яркое утреннее небо с воздушными облаками.

Пятеро шаманов встали из-за стола, чтобы поклониться Кише и Тейерну. Учитывая качество их нарядов и изысканный стиль, а также то, что у каждого из шаманов глаза разного цвета, я прихожу к выводу, что это верховные жрецы и жрицы из храмов, посвященных разным магическим призваниям.

Должно быть, это и впрямь важная встреча.

Киша проходит по залу и садится во главе стола, замечая меня, только когда усаживается. Однако она никак не реагирует на мое появление, лишь вопросительно поднимает одну из своих идеальных бровей.

Остальные шаманы тоже увидели меня и перешептываются между собой на ньювалинском. Так как Киша не выказывает возражения, я делаю вид, что мое присутствие на встрече запланированное. Прислонившись к стене, я замираю.