Прапорщик с острова Березка

– Для русского – нет, а для немца есть, – ответил бывший капитан. – И не спрашивай меня полковник, что я делаю на фронте.

– Если честно воюешь, то значит ты больше русский, чем немец, – заявил полковник Васин. – Ты мне вот одно скажи, капитан, почему ты на высоте не остался?

– Остался бы, да меня два солдата весь бой опекали, – сообщил бывший капитан. – А когда нас всего трое осталось, они меня из окопа выгнали, а сами ушли за танками охотится. А я не сразу ушёл. Я ещё минут двадцать стоял на краю окопа и смотрел на то, как эти парни под Тигр залезли и подорвали его.

А когда немецкие пехотинцы на высоту полезли, я бункер подорвал и ушёл к своим.

– А это после высоты появилось? – спросил полковник Васин, запустив пальцы в волосы бывшего капитана.

– Я полковник даже в развалинах Сталинграда успел повоевать, – сообщил бывший капитан. – Но даже там такого не видел. Всяко было. И в безнадёжную атаку шли и под танки ложились. Но это были единичные случае. А так, чтоб вся рота легла под гусеницы, такого не бывало.

Старшина когда из бункера уходил, об ящик запнулся. Разорался на свою девку, а я попросил оставить патроны нам. А он сказал что нам они в любом случае не понадобятся. Я попытался одного из парней за пулемёт поставить, а тот говорит, что много чести для Вилли патроны на него тратить.

– Что ещё за Вилли? – спросил полковник Васин.

– Капитан Вилли Леман, – сообщил контрразведчик. – Ходят слухи, что он порезвился в прошлом ходу в Донбассе, вот за ним и охотятся все, кто раньше в Донбассе жил.

Только это не он. Пленный танкист проговорился, что настоящий капитан Вилли Леман из Африканского корпуса генерала Роммеля и погиб ещё в начале лета.

– А за кем тогда они охотятся? – спросил полковник Васин.

– За тем, кто свой танк вот такими чертями разрисовывает, – сообщил бывший капитан, кивнув на журнал. – Да только я этот танк сам видел. И не просто видел, а видел что его никто не покидал. Парни, что меня опекали, под него легли. А там четыре противотанковые мины на двоих было.

Там танк сразу в хлам, так что вряд ли кто выжил.

Посмотрев на журнал, лежащий на столе, полковник Васин спросил:

– Что ещё за этого старшину скажешь?

– Скажу, что он всем свой и чужой одновременно, – сообщил бывший капитан. – Этакой батюшка, который благословляет всех подряд. Я этому старшине посоветовал с нами остаться, а он заявил что ему вера в людей стрелять не позволяет.

– Может и в правду священник? – усомнился полковник Васин.