Прапорщик с острова Березка

Причём был ясно виден так называемый знак «Неприязнь», в виде чёрного цвета Костяного дракона и его стремления вниз. А это значило что бастард Короля Мертвецов, сам отказался от признания себя драконом и сыном Альбионского дракона.

Правильно Алесина поняла и верхнюю часть герба. Символ «Кошка» был символом независимости, а тут ещё и была «Спящая кошка», которая несла в себе символ «Стабильность». Хотя Корнелий называл этот символ «Традиция», но это было одно и то же.

А отсутствие Царских регалий на штандарте, очень понравилось Алексине.

Вернее сказать, непризнанный дракон без влиятельных связей, как нельзя лучше подходил для плана двух Пренайских отрицал, которые решили жить своим умом. И жить не на Пренае, а в одном из Мусорных миров, где Алексина собиралась резать жертв на алтаре, а Хелен писать стихи.

– Что делаешь? – спросила Алексина, вскарабкавшись на печь. – Засохни там.

– Фацелия, я тебе уже всё сказал, – напомнил Корнелей, чиркая в блокноте.

Фацелия тут же расшипелась змеёй, уповая на то, что змея по имени Алексина, плохая компания медведю по имени Корнелий.

В конечном итоге Алексина запустила в Фацелию подушкой и посоветовала:

– Иди пошипи на то чучело, что думает что оно Михский оборотень.

– Вообще-то он действительно Михский оборотень, – произнёс Корнелий. – А так же Илья Кислых младший сын старшего прапорщика Кирилла Кислых и полковника Захарки Кислых Начальника федеральной тюрьмы «Замок Артура». Надеюсь ты знаешь как долго тебе придётся извинятся?

– Если он урод, то это его проблемы, – заявила Алексина, отобрав у Корнелия блокнот.

 – Что это за хрень?

– Будущий герб нашей дочери, – сообщил Корнелий, поймав на лету подушку. – Фацелия, ещё один слово и я тебя лично отведу на пляж.

– Чем она недовольна? – спросила Алексина.

– Она мечтает занять место на моей печке, – сообщил Корнелий.

– А тебе что жалко места на печке? – спросила Алексина.

– Мне жалко тех Доберманш, что она начнёт резать пачками, – заявил Корнелий.

 – Она дочь полковника Коровина и такая же дура. Фацелия не надо мне возражать. Матроскин если бы отказался от мести, давно бы стал самым известным артистом цирка. А, у вас все драконы с больной головой. Не надо кивать на Алексину. Князя Палкина даже собственный сын считал больным на голову, а он оказался нормальным мужиком. Своеобразным мужиком, но с доброй и ранимой душой.

– Ты сам-то веришь в то что сказал? – спросила Алексина.