Всё имеет свою цену

Бывший его директор собирал частные фотографии сотрудников обеих баз – такое у него было хобби. Я сама также посылала ему копии моих снимков.

– Боюсь, что для меня это станет сизифовым трудом: ведь я даже не знаю, как он выглядел. Вот если бы ты согласилась мне немного помочь…

Пока Алина Хольмсгор раздумывала над ее просьбой, Графиня терпеливо ждала. Наконец профессор сказала:

– Завтра мы с мужем отправляемся в Цюрих. Эту поездку мы уже давно планировали, и мне не хотелось бы ни отменять ее, ни откладывать. С другой стороны, оказать тебе помощь в этом деле – мой прямой долг перед Мариан, ну и, если уж на то пошло, перед обществом в целом.

Так что тебе решать, насколько это важно и безотлагательно.

Как ни соблазнительно было воспользоваться представившимся шансом, Графиня все же сдержалась:

– Нет, поезжайте спокойно в отпуск – дело терпит.

– Рада это слышать, однако я тут подумала, что все же смогу тебе кое-чем помочь. Если сегодня по интернету я вышлю тебе точные временные рамки пребывания на базе в Сёндре Стрёмфьорде нашего друга, то тебе предстоит просмотреть не так уж много снимков, если, разумеется, таковые вообще окажутся в наличии…

Они беседовали еще некоторое время, обсуждая детали предстоящего сеанса виртуальной связи, и когда наконец обо всем договорились, у Графини остался к профессору последний – не слишком приятный – вопрос.

Достав из сумки фотографию Андреаса Фалькенборга за 1983 год, она выложила ее перед собеседницей.

– А его ты узнаёшь?

– Да, это Пронто, ну, тот, ребячливый такой… Что, ты хочешь, чтобы я и о нем тебе рассказала? О нет, не может быть…

Ничего полезного о нем профессор так и не смогла припомнить.

Глава 12

В то время как Графиня на Исландской пристани с наслаждением потягивала сухое вино, ее коллеги из убойного отдела на двух машинах направлялись на юг Зеландии. В авангарде были Конрад Симонсен и Поуль Троульсен, причем, несмотря на более почтенный возраст, за рулем сидел именно последний. За ними, во втором автомобиле, ехали Арне Педерсен и Полина Берг.

Поуль Троульсен недовольно щурился от ярких лучей летнего солнца, которые уже с самого утра предвещали жаркий денек. Покосившись на сидящего на пассажирском сиденье шефа, который был погружен в чтение каких-то записей, старый сыщик проворчал:

– Не понимаю, Симон, как ты только это выносишь? На мне одна лишь футболка, и то пот градом течет, а ты – в костюме, и хоть бы что. Такое впечатление, что жару ты просто не замечаешь.