7 футов над килем

– Я не знаю, что они устраняли! – взвизгнула англичанка. – Они знаете, что делали? Они потихоньку под столами брили ботинки изнутри! Безопасными бритвами!

Англичанка сделала паузу и вытаращила подведённые глаза, видно, ожидая услышать изумлённые возгласы, но ничего подобного не последовало, Рукосуев и Жучко восприняли дивное сообщение с чисто военным хладнокровием.

– Вы присядьте, Галина Геннадьевна, – предложил Рукосуев. – Вот командир роты вам сейчас всё… того…

– Во время смотра роты, – начал чеканить Жучко, – будет среди прочего проверяться правильность маркировки формы.

Гунько! – приказал он. – Снимите воротник!

Гунько медленно отстегнул синий “гюйс” и показал англичанке сатиновую подкладку, где красовалась выведенная хлоркой белая прямоугольная рамочка, внутри которой было написано «Гунько» и проставлен номер.

– Вот так, Галина Геннадьевна! – улыбнулся Рукосуев. – Все, я подчеркиваю, абсолютно все предметы формы должны иметь соответствующую маркировку.

– И ботинки? – протянула англичанка.

– Непременно! – заверил её Рукосуев. – Вас удивило, что курсанты брили ботинки? Всё дело в том, что выдаётся две пары ботинок – холодная и тёплая. И если холодный ботинок можно без труда надписать внутри, например, шариковой ручкой, то с тёплым ботинком, имеющим внутри начёс, дело обстоит сложнее.

– Но! – Рукосуев поднял вверх палец. – Я издал специальную инструкцию, в которой разъяснено, что внутри тёплого ботинка необходимо выбрить прямоугольник размером два на четыре сантиметра и маркировку наносить именно в этом выбритом прямоугольнике, что вы и могли видеть, – он кивнул на Гунько.

– Это чтобы одежду не перепутать? – попыталась догадаться преподавательница.

– Не только, – уточнил Рукосуев. – Вот, например, останавливаю курсанта. За нарушение, разумеется. Следует записать и впоследствии примерно наказать, а нарушитель называет чужую фамилию! Таким образом, виновный может избежать наказания, а невиновный – понести его незаслуженно.

Гунько, клацнув бляхой, расстегнул пояс и показал на внутренней поверхности рамочку со своей фамилией.

– Да-а-а! – протянула англичанка. – Но ведь…

– Правильно! – радостно хлопнул в ладоши начальник СО.