Клоаки Большого города

Я чувствовал, что сегодня Полковник проявит себя – он ежедневно себя проявлял!

Бонивур, посмотрев вниз, где сидели на скамейке перед входом в подъезд его соседки, громко проматерился:

–Э-э-э…Пи-пи-пи!!!

Соседки тут же всполошились, матерясь в ответ:

–Пи-пи-пи-пи-пи!!!

Бонивур, не теряя хладнокровия, приспустил плавки и стал писать вниз на уважаемых леди. Брызги попали на всех! Поднялся страшнейший переполох.

На Бонивура кричали снизу, грозили кулаками.

Полковник остался спокоен, даже заулыбался:

–Хы-ы-ы-ы…

Усмехнувшись, Полковник ушёл в свою квартиру.

Забрызганные леди, поругиваясь, передислоцировались на скамейку у другого подъезда.

Конфликт погиб сам собой. Я усмехнулся…

Бонивур, нацепив чёрное застиранное трико, вынесся из подъезда на простор Дворка, словно стоялый жеребец. Энергия в его организме бурлила, желание выпить застилало остальные мысли.

–Эй, Бонивур!

Оглянувшись на окрик, Полковник сразу потеплел – перед ним стояли два ниндзя-пенсионера – Антон Семенович и Семен Антонович.

Первый был толстым пузатым гигантом, второй – сухоньким коротышкой. Оба, выйдя на пенсию, начали от скуки заниматься ушу, от этого обалдели и впали в легкую фазу маразма, взяли китайские псевдонимы и, опираясь на систему «пьяный мастер», докучали всем хулиганам. В Дворке всегда было очень уютно случайным компаниям вечерами пить пиво, громко кричать дурными голосами и визгливо хохотать женщинам в четыре часа ночи. Но ниндзя все эти привычные удовольствия пресекли.

Они подходили к довольным жизнью взрослым юношам и, не здороваясь, давали удары по ушам ногами. Попытки возмущёния гасились дополнительными ударами. Теперь во Дворке вечерами «шалили» только местные аборигены, хотя и им периодически доставалось.

Алчущий алкоголя Бонивур кинулся к ниндзя.

Глядя на высоченного Антона Семёновича, Бонивур скукожился и, изображая полное смирение, гундося, попросил:

– Дядя Антон, дай сто пятьдесят рублей! Нутро горит!

– Ты забыл, как велено обращаться? – пророкотал «дядя Антон».

И тут же Бонивур получил здоровенный удар ладонью в ухо.

Бонивур, обалдевая, еле удержался на ногах. Семен Антонович маленький, в прыжке добавил мягкой ногой в другое ухо.

Оба ниндзя ходили по двору в чёрных футболках с длинными рукавами, в чёрных льняных засаленных трико и китайских чешках.

Я, наблюдая, как Бонивуру получает порицания от старших, посмеивался.