Чужая в двух мирах

Бил так, что кнут свистел, опускаясь на кожу раба.

Меня мистер Льюис усадил на круп своей лошади и сильно удерживал. Потом на моих руках и теле от его объятий останутся чёрные синяки. Но в те минуты, я не чувствовала боли, что причиняли мне жилистые пальцы надсмотрщика.

Леди Джейн на суматоху выскочила из дома. Получив объяснения мистера Льюиса, почему я плачу на его лошади, она со злостью отхлестала меня по щекам.

– Ты такая же шлюха, как и твоя мать! Ты позоришь дом, в котором живёшь, неблагодарная девчонка! – кричала она, давая мне пощечины.

Я плакала, но не от боли, а от страха. Я боялась за Луку. Любовь ко мне может стоить ему жизни.

Отца не было дома. Он ещё с утра уехал объезжать свои плантации. И пока его нет в доме полноправная хозяйка леди Джейн. Она никогда не упускала возможности поиздеваться надо мной. Поняв по моим слезам, что Лука мне дорог, она приказала высечь конюха. Пятьдесят плетей и если выживет, облить его спину солёной водой. Услышав это, я взвыла. Бросилась к ней, умоляя чуть не на коленях пощадить Луку.

Один невинный поцелуй, цена которому – жизнь. Это несправедливо!

Мачеха не стала меня слушать. Она приказала мистеру Льюису затащить меня дом и закрыть в своей комнате.

Когда в дверях провернулся ключ, я заголосила. Но мои стенания ничто, перед криками, долетавшими из конюшни. Я закрыла уши ладонями, чтобы не слышать этих ужасов. Когда всё стихло, меня охватила паника. Они убили Луку. Мистер Льюис умело обращался с кнутом. Лучший палач мог позавидовать ему.

Он одним ударом сдирал кожу до костей со спины или бил так, что она просто покраснеет, но останется целой. Моего любимого ждала другая участь. Леди Джейн дала ясно понять, что жизнь этого юного конюха неважна для них.

Обхватив колени, я просидела у дверей спальни целые сутки. Я ждала отца. Он не появился ни вечером, ни на следующее утро. Тара, принесшая мне завтрак, сказала, что маса Эдмунд очень зол на меня. Я не испугалась на это заявление рабыни. Отец очень любил меня, чтобы за один проступок разлюбить и наказать своей холодностью, как леди Джейн.

Я надеялась увидеть его к концу дня, но он не пришёл. Вместо него в мою спальню, на цыпочках прошмыгнула Изабель. Она обняла меня, присев рядом на кровать.

– Мама запретила мне с тобой разговаривать, – сказала она, целуя меня в щёку, – но меня уже всё равно. Гарри сделал мне предложение, и я согласилась. На днях будет просить моей руки у папы.

– Я рада за тебя, – пряча слёзы горечи, сказала я.