Я с тобою навсегда

– А мы вроде перешли на ты, – ухмыляется, – у тебя так вкусно пахнет, наверное чаем травяным? Угостишь?

Взял мою кружку с чаем и отпил оттуда. Сам сидит такой довольный. Сегодня он одет более строго, брюки, рубашка, куртка все та же, которую он успел распахнуть, на ногах вместо вчерашних валенок ботинки, на голове же не было той прикольной шапки-ушанки.

Он не стал дожидаться пока я налью ему чая, подошел к плите и налил себе сам.

– Ммм, как вкусно, – улыбается и смотрит на меня. Я же не могу сдвинуться с места, – это как в детстве у бабушки, ароматных лепешек только не хватает, – отсалютовает мне кружкой и снова отпивает чай.

Таки не промолвив не слово, лишь подумав, чтоб он подавился, я пошла к дверям, накинула на себя куртку в которой я выхожу на улицу за дровами, проследовала в дровяник. Нужно успокоиться и придумать под каким предлогом его выпроводить. Скажу, что мне нужно на репетицию, а там пусть, что хочет то и думает. Почему с утра, а потому что вечером нужно выступать. А как проходят репетиции он наверное и не в курсе.

Может тогда отстанет и уедет.

Захожу с охапкой дров, его в поле зрения не вижу, только слышу почти рядом с собой.

– Почему ты не сказала, я бы помог, – перехватывает у меня поленья, я пытаюсь как то сопротивляться, но что мои силы против его.

– Костюм не боитесь испачкать?

– Ерунда, в машине еще запасной есть.

Переложив поленья перед печкой, он открыл дверцу и подложил пару штук в огонь, где почти уже все прогорело. У меня отвисла челюсть.

Что он там говорил про детство, проведенное у бабушки. Так он знаком с такой жизнью. Может все-таки удастся достучаться до него, не губить здесь природу своими коттеджными застройками.

Отряхнувшись от опилок, что остались на его пиджаке, подошел ко мне и стянул с меня куртку, повесив на вешалку. Я все до этого момента смотрела и наблюдала за его действиями.

– Пойдем чай вкусный пить и обсудим твой проект, – подталкивая меня со спины, предложил он.

Вот как у него получается так, придя в мой дом, брать шефство на себя и начать управлять еще и мной.

– Ммм, я не доработала его еще и вообще, мне нужно срочно на репетицию собираться, – пройдя наконец в кухню, я наливаю чай себе, добавляю ему, не знаю зачем, автоматически как-то, – с утра у нас генеральный прогон, а вечером выступление. Поэтому пьем чай и мне нужно собираться.

Выдавливаю из себя улыбку, смотрю на него. А он тоже улыбается, как будто бы заподозрил мой обман.