Кровавый пасьянс

К чему эти мысли, эти рассуждения? Все равно ни молодого мускулистого мачо, ни рыхлого папика нет даже на горизонте. А время идет, и на этот отпуск у нее были планы что-то поменять в своей никчемной личной жизни… А надо снова мчаться на службу, всю себя отдавать родине… А что ей от этого, что? Уже не раз задавала себе такой вопрос. Что взамен? Льготная ипотека? Повышенная зарплата? Дак у гражданских чиновников ее ранга, обычных канцелярских крыс, она больше, и места у них престижнее. Бюрократия. Они этим кичатся. Перед ними преклоняются… Почему она здесь до сих пор, если так часто задает себе эти вопросы?

«Не нравится – увольняйся, а не ной!» – это внутренний голос, он резкий и противный.

Никогда его не любила. У других внутренний голос добрый, родной, а у нее такой вот, почти визжащий. А как хорошо, когда внутренний голос тебя понимает. Александра вдруг вспомнила анекдот от Юрия Никулина (она любила выступления и рассказы знаменитого русского клоуна и киноактера, всегда застывала перед телевизором, когда показывали старые записи), в котором внутренний голос все подзуживал мужика отыграться в казино, даже уговорил обменять на фишки обручальное кольцо. Незадачливый герой даже поставил по совету внутреннего голоса последние деньги на черное, а когда выиграло красное, то внутренний голос искренне расстроился: «Ах, как же жестоко я ошибался!»…

Александра усмехнулась – лезут же в голову дурацкие мысли! Ну, вызвали на службу, и что теперь, испереживаться?! Может, просто вызвали, на пару дней. И она вернется и свое наверстает.

Она наверстает! Ох наверстает!

Всего через несколько часов она будет уже в Москве, на работе, там все и узнает…

Александра в отпуск поехала на своей машине – раз недалеко от Москвы, зачем мудрить, коли есть свои колеса. Это была ее вторая машина, тоже не новая, тоже «Хюндай-Соната». Первую подарил отец, когда она успешно поступила на службу в ФСБ. Ее, ту старенькую, но такую уютную машинку убабахали злодеи, устроив покушение на молодого принципиального дознавателя – бомбу подложили! Это после красноярского дела, когда она раскрыла череду убийств на таежной базе, только дело тем не кончилось, и в Москве потом разборок хватило! И лишилась Александра Сергеевна своей любимой машинки, и очень по ней тосковала.

Хорошо, что папа – модный и богатый художник. Отец только попенял, что профессия у доченьки очень уж опасная, но денежков на новую машинку дал. Эта «соната» была новее первой, но Александра всегда вспоминала ту, первую.