Наказать беспредельщиков

Товар Голубая Молния забирает себе в счет выплат и твоего тупого банкротства!

– Там ведь много больше!

– Убью, сука, если будешь вякать!

Миша, наблюдая за сценой расправы, снова наполнился изумлением – жену Стеклова безжалостно насиловали, ее крики разносились по округе, а тот торговался из-за своих прибылей. Ну и дерьмо он конченое! Они достойны того, чтобы над ними изгалялись всякие Молнии и другие уроды, если забыли основные понятия о чести и уважении к себе…

Мише уже не жаль было вымазанного кровью Стеклова.

Сердце надрывалось только из-за его жены, да и то в глубине души гнездилось сомнение, искренни ли ее крики, – ведь все они, жены данников Голубой Молнии, не однажды отрабатывали «натурой».

Из темного дверного проема склада показался один из утомленных амбалов.

– Пашка, накажи его! – Рэд Пятачина указал на стоявшего перед ним на коленях Стеклова.

Амбал недовольно скривился: «Опять!» – но послушно начал расстегивать свои кожаные брюки.

Стеклов в ужасе замотал головой, встал на четвереньки и быстро-быстро пополз прочь.

Пашка, с полуспущенными брюками, белея задницей, нагнал Стеклова.

Миша, отворачиваясь, включил двигатель своей иномарки (он так и не выходил из машины), стал разворачивать авто, собираясь уезжать.

– Ой-е! – взвыл Стеклов.

Рэд Пятачина замахал рукой Мише:

– Стой! Стой, тебе говорят!

– Что?

– Почему уезжаешь? Я тебя не отпускал.

– Я просто машину разворачиваю.

– Сиди и жди. Вместе уедем.

На территорию завода, урча, въезжал КамАЗ с тентованным прицепом.

Амбалы выносили со склада пластиковые упаковки минералки по шесть полуторалитровых бутылок, ставили их на землю. Миша напряженно ждал, когда из склада выползет жена Стеклова, но она так и не показалась…

Амбал Пашка, «наказав» Стеклова, уже с деловым видом руководил водителем КамАЗа, показывая ему, как подогнать фуру под погрузку.

Опозоренный Стеклов куда-то уполз – о нем все забыли, это был отработанный материал…

Миша, громко вздохнув (эксцессы на сегодня еще не кончились – он чувствовал это внутренним чутьем), вышел из машины, встал рядом с ней и закурил.

Амбалы быстро-быстро таскали упаковки минералки в фуру. Миша, глядя на злого Рэда, вдруг подумал, что тот мог заставить его принять участие в «наказании» Стеклова. Тогда бы его легенда сразу закончилась – он бы отказался, и вся операция полетела в тартарары. В душе дернулся запоздалый испуг, но тут же пришло облегчение.