Я – невеста Кощея, или Ленка, ты попала!

Да и влюблять… Может, шантажировать? Там у него игла должна где-то быть, если я правильно помнила детские сказки… в утке с яйцами, кажется…

– Елена, – оторвала меня от нерадостных мыслей Яга. – Просто помни, что ты справишься. И…

Жуткий грохот с улицы заставил старушку замолчать, а меня подскочить на месте.

– Лягушонка в коробчонке приехала? – нервно уточнила я у нахмурившейся Яги и озадаченно изучающей ногти Василисы.

Последней явно не нравился мой маникюр…

– Какая лягушонка? – переспросила у меня Яга.

– Не знаю, – пожала я плечами. – Это я у вас спрашиваю…

– Да тьфу на тебя, – притопнула ногой Яга. – За тобой карета приехала от Бессмертного. Пора.

– А может не надо? – вяло уточнила, пока старушка весьма сильно схватила меня за руку и достаточно бодро для её возраста потащила на выход из избы.

– Не подведи меня, Елена, – выкрикнула мне вслед наставление Василиса. – К концу отбора он должен выбрать меня!

– Тельце моё береги, Васька! – крякнула я, практически выбегая на улицу и ошалело смотря на приехавшую «карету».

А как хорошо начиналась суббота!

Я выспалась, в коем то веке, включила музыку… затем кофеварку… а потом как начала орать…

А кто бы не заорал, увидев на своей кухне взлохмаченную старуху в каких-то дранных тряпках и лаптях? Вот и я орала. Потом я продолжила орать, когда вместо своей любимой светлой кухоньки оказалась посреди деревянной избы, оформленной в лучших традициях русского фольклора. А когда поняла, что ору во всех смыслах не своим голосом – вообще перешла на ультразвук, остановившись лишь тогда, когда увидела себя же, сидящую напротив в кресле…

М-да…

После такого любой забудет как говорить! Так я и стояла, слушая про пятого сына восьмой дочери, хлопая глазами и косясь в сторону зеркала, которое отражало напуганную красавицу в кокошнике.

А теперь этой самой красавице предстоит залезть в клетку на колёсиках, запряжённую двойкой скелетов-лошадей.

– Это что? – тихо поинтересовалась я у Яги, одновременно с этим пытаясь понять, как у черепушек лошадок фырчать получается.

Скелеты ведь… даже глазницы пустые… а фыркают и ржут, как живые.

Какая-то неправильная у них сказка.

– Карета это, – пояснила Яга, подталкивая меня к чугунным кованным прутьям клетки. – Садись! Кощей не любит, когда опаздывают!

– Куда садиться?! – заверещала я, хватаясь руками за голову.

Точнее, пытаясь схватиться. Кокошник мешал, пришлось схватить его.