Тайное вплетение

С соседкой сговорились пойти на вечерний киносеанс в клуб. В свободное время занялась уборкой. Почти сладив со всеми делами, услышала стук в дверь. Отвела со лба прилипшие волосы, распахнула створку. Она знала – не Олег, его оригинальный перестук невозможно повторить.

Коста неуверенно переступил через порог. Эля не сразу определила степень изрядного опьянения гостя. Большие мутные глаза тяжело смотрели ей в лицо. Зная, что это один из мужчин соседки, отошла, пропуская гостя вглубь комнаты.

– Рина в отпуске.

Ты не в курсе, не сообщила разве? – спросила хозяйка, прополаскивая тряпку в ведре.

Он молчал. Эльга оглянулась, с удивлением посмотрев на вошедшего.

– Я не к Рине. Я к тебе в гости пришёл. – Хриплый голос заставил поёжиться.

– Некстати. Но проходи! Помощь нужна? – Эля расставляла по местам освободившийся инвентарь.

Надо бы избавиться от непрошеного визитёра, но гнать невежливо – вдруг у соседки проблемы возникнут из-за проявленной нелюбезности. Разобравшись с уборкой, предложила чаю.

Они сидели за столом, от кружек со свежезаваренным напитком распространялся аромат мяты. Коста легко увлёк её разговором, мастерски забалтывая россыпью анекдотов, шутками, забавными случаями из жизни, рассмешил до слёз. Незаметно, совсем естественно мужчина притиснулся ближе, втянув носом запах волос. Стало неуютно и тревожно, девушка попыталась дистанцироваться, гость мгновенно перехватил за локоть.

– Хочешь, погадаю? Умею по руке, по глазам тоже. Ух! Таких глаз, как у тебя, видеть не приходилось, и волосы пахнут умопомрачительно.

Собеседник притянул хозяйку к себе, дохнув в лицо перегаром. Эльгу передёрнуло от омерзения.

– Коста, ты пьян! Мне в клуб надо. Уходи!

– Ну, совсем чуть-чуть пьян.

Рывком обхватив ладонями её голову, прижался к губам. Это оказалось ещё омерзительней, чем с отчимом, – до тошноты. Эля пыталась вырваться, безуспешно колотя руками по твёрдым плечам, отталкивала со всей силы. Мужик мощью походил на быка, сопротивление его раззадорило, возбудило сильнее, мокрые губы слюнявили лицо, шею, спускаясь к груди.

Эльга взывала к разуму, увещевала, уговаривала, просила – ничего не помогало.

Подхватив её на руки, Коста пересел на кресло, но, передумав, вскочил, опустил сопротивляющуюся жертву на кровать, задрал подол, грубо исследуя бёдра, ягодицы, снизу добрался до груди, сжав до боли в ладонях. Ожогами горели отвратные поцелуи.

– Пусти! Закричу! – рванулась Эля, чувствуя себя загнанной ланью.