Мать-одиночка, или (не)ходите, девки, замуж!

 – Михалыч, ты что ли? Слушай, Михалыч, дело есть. Ну да… надо одной барышне помочь. Красивая-красивая… да не останусь я в долгу. Не дрейфь! Адрес запиши и Коляна с собой возьми. Надо управиться быстро. Да. Ждем.

Сашка закончил разговор, а я порадовалась, что так удачно встретила друга в кафе.

– Спасибо, Саш. Я отблагодарю, – не удержалась, и в порыве обняла его, а Федоров вдруг смутился, что на него было совершенно не похоже.

– Да ладно тебе. Дело-то житейское…

***

Ремонт закончили за пару дней, а нас на это время приютил Федоров.

Правда сам он, пока мы с трудом разместились в его однушке, куда-то слинял, за что я была ему безмерно благодарна. Нет, не за то, что он слинял, а за то, что за один день умудрился переделать кучу полезных и добрых дел. В итоге уже через два дня мы с детьми въехали в квартиру с косметическим ремонтом, пусть и простеньким, но зато новым. Ксеня тут же побежала выбирать себе комнату, Мишка подрался с Аришкой за кладовку, а мы с Булочкой выбрали гостиную. В итоге Аришка решила остаться со старшей сестрой, а Мишка занял-таки просторную кладовку.

– Ты уверен, что будешь жить тут? – скептически спросила я мальчика, и он закивал с особым энтузиазмом.

– Эх… видели бы меня сейчас органы опеки, ох, Миша. Ну я понимаю, что кладовка пятнадцать метров, но здесь ведь даже окошка нет…

– Зачем мне окна? – удивился ребёнок, а я подумала, и правда-зачем? Какая-такая необходимость в окнах? Зато у ребенка своя комната. Нравится ему – пусть живет, в конце концов.

***

На следующий день я попросила Саню пару часов приглядеть за старшими, а сама отправилась на собеседование, решив не откладывать трудоустройство в долгий ящик. Булочка наотрез отказалась отпускать меня одну и теперь я всеми правдами и неправдами пыталась ее усмирить под неодобрительным взглядом моего возможного будущего начальника.

– Булочка, слезь, пожалуйста, с дяди! Не по дяде, а с дяди! Извините…

Я, чертыхаясь, стащила ребенка с прибалдевшего парня напротив, и попыталась удержать её при себе.

Но удавалось, прямо скажем, так себе.

– Булочка? – спросил он, будто сейчас это было действительно важно.

– Ну… девочка очень любит пирожки, сдобу, всякие пончики… и поэтому мы её между собой называем Булочкой, – промямлила я.

– И вы хотите с таким непоседливым ребенком устроиться на работу?

– Вообще да, хочу, – с вызовом ответила я. – А что вас удивляет? Она на следующей неделе пойдет в детский сад. С заведующей мы уже договорились.