Чёрная вдова

Она по привычке убрала со стола важные документы и пошла в кабинет управляющего с загадочными мыслями. Осторожно приоткрыла дверь и в небольшую образовавшуюся щель вкрадчивым извиняющимся голосом спросила:

– Можно войти?

– Проходите, садитесь. – Показал на стул рядом со своим столом управляющий.

– Эмма Георгиевна, у меня к вам есть хорошее предложение, – начал шеф, когда Эмма стеснительно присела на краешек стула. – Помощник главного бухгалтера уходит в декретный отпуск. Мы на совете директоров посовещались и решили это место предоставить вам.

Как вы на это смотрите? Осилите такую работу, нет?!

– Думаю, что осилю. Когда она была на больничном листе две недели, я же справлялась!

– Вот это мы и взяли за основу нашего решения. И хочу сказать, что не плохо справлялись, поэтому все директора проголосовали за вас единогласно!

– Спасибо за доверие, Булат Серсенбаевич, я вас не подведу.

– Вот и отлично! Завтра принимайте у Умит Ильясовны документы! Поздравляю вас с новой перспективной должностью, – вставая с кресла, через стол, протягивая Эмме свою широкую ладонь, расплываясь в дружеской улыбке,– сказал управляющий.

 – Теперь нам с вами придётся работать в одной упряжке! Конечно, если станет тяжело, мы поможем! Да поможет вам ваш Бог, а мой Аллах.

Эмма в радостном, возбуждённом настроении вихрем влетела в бухгалтерию и с налёта повисла на шее у Гульмиры.

– Ты, что?! – испугалась она. – И, догадавшись, по Эмминому лицу, что произошло что-то невероятное, шутливо спросила:

– Ну-ка колись!!!

– Гульмирочка, меня переводят замом главного бухгалтера, вместо Умит Ильясовны!

– Да ты, что?! А вообще-то Эмма ты заслуживаешь такой должности, – любезно поддержала Гульмира подругу.

Вскоре Эмма уже работала на хорошей должности и с хорошим окладом. Сотрудница предложила ей в рассрочку свою полуторную квартиру. Галину устроила в круглосуточный детский садик. Казалось, фортуна её повернулась к ней лицом.

Но чем больше судьба ей давала удачи, тем сильнее в её душе росла злоба на Кима.

Ни на минуту не покидала затаённая мечта отомстить ему за униженную и поруганную её нежную девичью любовь. Ей хотелось, чтобы он испытал все трудности её, хотя и короткой, но тяжёлой нищенской жизни, и мысли как это осуществить терзали её затуманенную голову.

Дочери уже исполнилось два года, а она ни разу родителям даже не позвонила. Иногда мать звонила сама, но Эмма не отвечала. А теперь вообще заменила телефон.