Новый омут

Высокий забор скрывал длинное одноэтажное здание с узкими окнами.

Девке надавали по щекам, и увели в маленькую дверь под вывеской «Автомойка». Сергея же, молча подталкивая в спину, направили к железной двери, рядом с которой по штукатуренной стене мелом, были выведены иероглифы и русский перевод: «Спортзал».

Сергей вошёл в тёмный узкий коридор. Его провели мимо приваленного к стене старого биллиардного стола – в ногах прыснули в дыру в стене две серые крысы.

За поворотом коридор упёрся в ажурную стеклянную дверь.

Шедший впереди боевик, отворил дверь, и Сергей оказался в освещённой красными фонариками комнате. Сергей с удивлением огляделся – убранство комнаты было в юго-восточном стиле – шёлковые драпировки с золочёнными драконами и стеблями бамбука, высокие фарфоровые вазы на полу, подушки, плетённые циновки. В кресле, в тёмном углу, под балдахином из тяжелого шёлка, с золочёнными кистями, сидел худой мужчина-вьетнамец, с надменно сжатым ртом. Один из боевиков, подошёл к хозяину комнаты и что-то сказал ему на ухо.

Тот хрипло засмеялся, и коротко взмахнул маленькой рукой. Все боевики быстро вышли.

–– Хе-хе-хе. Вступился за китайскую проститутку? Но ты же не китаец. И не кореец.

–– Что? – Сергей не понимал, кто с ним говорит, и смысл его слов.

–– Ты не кореец. Ты сын Хо Цуна. Ты вылитый Хо Цун в молодости.

–– Кто вы?

–– Я? Хэн Хан, отец молодой женщины, которую ты ищёшь.

–– Я Сергей Ли, агент Особого Специального управления ФСБ.

–– Наслышан.

Ли, да-да – это тот лётчик. Я помню его. Ему нравилась Зина. Как мы тогда говорили Зи-На. Мы тогда плохо говорили по-русски. Хе-хе.

–– Вы знали мою мать? – Сергей шагнул к хозяину вьетнамской мафии.

–– Знал. Она работала в больнице, которая обслуживала наш сельский округ. В нашей деревне была эпидемия лихорадки. Русские врачи творили чудеса. Особенно Зи-На. Она отпаивала нас лекарствами, колола шприцом – не брезговала лечить измождённых крестьян. Мы очень любили и уважали нашу Зи-Ну.

Значит, она вышла замуж за лётчика, – Хэн Хан задумчиво закивал головой.

–– Вы сказали, я похож…

–– А-а, вот ты уже и забыл о моей дочери. Хе-хе. Ты молод, Серёжа. Но я говорю правду, не пытаюсь мутить твои мысли в мозгу. Ты вылитый Хо Цун. На прошлой неделе я был во Вьетнаме, ездил закупать наш знаменитый рыбный соус «ныок мам» для своих ресторанов. Был в родной деревне. Хо Цун постарел. Да, а тогда… давно… он был начальником деревни.