Не стихом единым, или Конь в пальто и Пиковая дама

По замыслу Главного, приступившего тогда к разработке теории единства противоположностей, после совершенно очаровательных цветов должны были появиться очень непритязательные плоды: не слишком горькие, не слишком кислые и почти не сладкие. С некоторым оттенком тошнотворности и ватной консистенцией. Короче, перед смертью от голода попробовать можно. Курировал проект и отвечал за результат Он. А теперь закройте ваши глаза – нет, вы зажмурились, а я сказал: “закройте глаза”! Закройте основательно и перенеситесь в другой мир, представьте влюблённого по самые уши ангела, создающего… гадость.

Ну как, представили? Мы наблюдали за Ним с огромным сочувствием и не меньшим интересом. Самые ушлые быстро придумали тотализатор и предложили делать ставки. И наш ангельский мирок раскололся. Совершенно отпетые романтики ставили на любовь. Другие (и таких было немало!) просто не могли представить себе нарушения дисциплины и были уверены, что Он выберет правила. Несколько моих приятелей рассеяно повторяли: “Не знаю, что и думать…” А я верил в Него. Я уже рассказывал вам, что Он был особенный. Решения Его всегда отличались простотой, изяществом и неординарностью. Конечно, Он не мог подвести Создателя. Но не мог Он и разочаровать Еву. Большинство плодов для отчёта, как и замышлялось, в итоге получили вкус половой тряпки после уборки стрип-бара, но в один самый большой и красивый персик Он вложил всю свою любовь и нежность и преподнес его виновнице этих чувств. Во время созревания чудесный персик невольно дал приют маленькому червячку, привлеченному приятным запахом. Вонзив зубки в мякоть плода, Ева нарушила целостность его жилища и заставила выглянуть наружу. Надо ли говорить, что именно в этот момент мимо проходил Адам (как всегда: не к месту и не ко времени!), вооруженный большим увеличительным стеклом. Дело в том, что не так давно я показал ему экспериментальный вариант подзорной трубы и объяснил, что её изобретут его потомки в будущем для наблюдения за “интересными событиями и природными явлениями, происходящими вдалеке” (на самом деле, я просто хотел отвлечь обалдуя, чтоб свалил подальше и под ногами не болтался со своими модернистскими взглядами на мир вообще и творчество в частности). Гадёныш, не сходя с места, стал подглядывать в трубу за парой кроликов, хихикая и приговаривая “во даёт!”, а потом благополучно потерял замечательный оптический прибор где-то в зарослях терновника.