Засыпая к рассвету

Куда ей самой жить то? Готовить не умеет, убирать там тоже никто за ней не будет». К слову, я готовила. И убиралась, но не как мама, не каждый день.

***

А тогда…Я для себя всё решила. Примерно неделя мне понадобилась, чтобы найти маленькую однокомнатную квартиру недалеко от работы, языковой школы и родителей. Я исследовала серую ветку метрополитена, и ближе к центру нашла себе скромное жилище недалеко от станции метро. Полная решимости, я составила схематический план действий и разделила свой бюджет на аренду квартиры, продукты питания и «оставшееся».

Внесла предоплату за два месяца, пожертвовав всей наличной суммой, и стала собирать чемоданы.

«Через тернии – к звёздам» (лат. – Per aspera ad astra) значилось в моём статусе во всех социальных сетях. И что бы это не значило в моём варианте, я понимала, что если не попробую, не сделаю, буду жалеть. Буду бояться, что потеряю последнее, не имея ничего. Буду ограничивать себя в собственной голове. Буду выслушивать, что не замужем и не для того меня растили…

Ветер подул, огонь во мне стал разгораться.

Я больше не могла тихонечко тлеть, повзрослев, не имела ни желания, ни морального права. Мне нужно было освободиться от навязанного, всё лишнее меня сковывало, не давало нормально дышать. Лишней оказалась родительская опека.

Казалось бы, самое простое – это разговор с мамой, самое сложное – принять решение. Произошло всё как в анекдоте, наоборот.

– Подумать только! Куда ты собралась?

– Вы же сами хотели, чтобы я зажила своей жизнью.

– Нормальной жизнью, Лена! Мы хотели, чтобы ты вышла замуж, успокоилась, поправилась в теле…

– Наверное, у нас разное понимание о том, что такое нормальная жизнь. Я не хочу так, как хотите вы. Позволь мне самой, наконец, принимать решения! И мне нравится быть худой.

– Поступай, как знаешь. Всё равно, месяц – три, и ты вернёшься.

Потом она зачем-то расплакалась. Смотрелось как-то неестественно. Отглаженная блуза даже дома, юбка-карандаш, слёзы – я очень не хотела в тот момент быть в чём-то на маму похожей.

Папа молча стоял и смотрел на эту сцену. Его старые тренировочные штаны сильно контрастировали с одеждой мамы, словно Барби и клоун Карандаш разыгрывали какой-то странный сюжет. Сестра была единственной, кто меня понимал.

Моя новая съёмная квартирка находилась возле станции «Савёловская» Московского метрополитена, она была намного ближе к центру. Девятнадцатый этаж немного пугал высотой.