Дружба пахнет корицей

Сведения обо всех участниках Эстерсиади вез в своей папке, зачарованной от воровства, природных катаклизмов, пожара, намеренной порчи и прочих воздействий. Ни один пункт не ускользнет от Верховного Мага, который по совместительству был его старшим братом.

4

Леля проснулась в темноте и духоте от резкого толчка кареты. Разлепив веки, с трудом разогнула затекшие ноги и, свесив голову вниз, посмотрела, где оказалась. Сложно было сказать точно, ведь видела она только утрамбованную землю, ноги лошадей и еще чьи-то в дорогих кожаных туфлях.

Человек, по всей вероятности, пришлый маг, стоял лицом к карете и пристукивал носком ботинка в нетерпении.

– Аннет! – раздался его голос.

Леля вздрогнула, поежившись от строгого тона. Она всегда боялась грубых мужчин и хлыста, которым те могли ловко орудовать.

– Вставай, соня! Мы приехали на постоялый двор. Сейчас поужинаем и ляжем спать в нормальных условиях, сестренка.

Девушка услышала, как голос смягчился, в нем появились нотки юмора.

– Или ты хочешь провести ночь в конюшне?

– Не нуди, Шери! – послышался детский капризный голосок с легкой хрипотцой. – Ты такой вредный! Надо было ехать сразу домой, а не останавливаться неизвестно где!

Ноги потоптались, их обладатель, вероятно, подтянулся, потом рядом с взрослыми ногами появились детские в хорошеньких красных туфельках, выглядывающих из-под слегка помятой юбки синего цвета.

– Сейчас я тебя провожу в нашу комнату, а затем вернусь перезарядить кристаллы.

Ноги вместе удалились. Леля выдохнула облегченно. Она собралась уже было вылезать из укрытия и размяться, но карета качнулась, лошади переступили и двинулись вперед, вглубь большого темного помещения. Спрятав голову, девушка могла видеть только слабые отсветы, затем стало светлее, карета оказалась в помещении. Кучер, очевидно, выпряг лошадей, насвистывая какую-то неизвестную мелодию, завел их в стойла, раздал корм. Всего этого Леля не видела, но могла догадаться по звукам и ногам, которые передвигались туда-сюда.

Вскоре кучер ушел, ворота в конюшню закрылись, стало слышно, как лошади похрумкивают овес, изредка пофыркивают довольно, вдалеке слышалось ржание.

Перекатившись из своего укрытия, Леля осторожно выползла из-под кареты, зажмурилась и, уперевшись одной рукой в поясницу, прогнулась назад до хруста в позвонках. Тело занемело в пути, а сейчас множество мелких игл покалывали ноги и спину, доставляя неприятные ощущения.