Дружба пахнет корицей

О своем умении девушка никогда не распространялась, считая это чем-то греховным, ведь в приюте порицалось употребление магии. Странно было, конечно, жить в магическом мире, но слышать от людей, что магия – это зло. Вероятно, где-то так и было, ведь существовали темные маги и светлые, но их мир был относительно спокойным, с преобладанием магии света. Леля знала, что существуют города, где магия применяется повсеместно, даже маленькие детки умеют волшебничать, а сорванцы постарше учатся сначала в магических школах, а потом и в академиях.

Сама она о таком даже не мечтала. Ей бы вырваться из гнета долга, а там уже можно и решить, чем заниматься в жизни.

Неделя пролетела быстро. В воскресенье утром, закончив плести балдахин, Алелия сбегала на реку, а после, вернувшись, переплела волосы в замысловатую косу, надела свое лучшее льняное платье, выкрашенное в густой синий цвет, а потом спустилась вниз, где уже собрались все мастерицы, готовясь поздравлять ее с днем рождения.

Девушки постарались на славу и испекли большой медовый торт, украсив его взбитыми сливками и марципановыми розочками.

Это был невероятный подарок как по исполнению, так и по стоимости. Наверняка соседки копили не одну неделю, чтобы отметить скромный праздник кружевницы.

Леле исполнялся 21 год. В это время люди получали независимость от родственников, если таковые имелись, право принятия самостоятельных решений относительно собственности, а также могли выходить замуж или жениться без дозволения родителей. Ничего из этого девушке было не нужно.

Подруги подарили ей книги с романтическими историями, а после весь вечер пили чай и сплетничали в общей комнате, то и дело громко и дружно смеясь над особо смешными моментами.

Уже почти перед самым сном явилась мадам Изольда, сбросила на стул свой палантин и тяжело уселась напротив Лели. Предмет мебели протяжно скрипнул, оповещая окружающих о своей незавидной доли.

– Ну, моя дорогая, вот и настал момент истины, – улыбнулась одними губами хозяйка, поправив пухлой рукой с массивными золотыми кольцами на каждом пальце высокую прическу.

 – Тебе, конечно, интересно узнать о своей дальнейшей судьбе, и я могу тебя уверить, тебе понравится то, что я тебе приготовила.

Засмеявшись грудным смехом, будто заклокотав, толстуха достала из сумочки бумаги. Бюст ее, утянутый корсетом и платьем, заколыхался в такт движениям.

– Это документы о твоем долге, Алелия, я продала его.

– Что? – девушка вскочила, оглушенная словами.