Здравствуйте, я ваша ведьма!

– Удивительно! – незнакомец произнес это слово подозрительно знакомым голосом. – Здравствуйте, Алисия!

Что? Это кто вообще? Не узнаю вас в гриме!

На всякий случай села на попу, протянула вперед руку и ощупала одну ногу незнакомца, силясь сообразить, чей это за голос такой, и откуда его обладатель меня знает.

Волосатая конечность дрогнула и отстранилась.

– Давайте обойдёмся без интима! – строго прокомментировал владелец ног мою трогательную эскападу, а затем подхватил меня подмышки и вздернул вверх.

 – Боюсь предположить, каким диким образом вас сюда занесло, это раз, и почему вы не видите совершенно ничего, это два. Ну и третье, вы что, Алисия, онемели ко всему прочему? Прямо мечта, а не женщина!

Кто, я? Онемела? Мамочки мои, спасите меня кто-нибудь!

Глава 5

– Хамло! – вырвалось внезапно из меня против воли.

А все почему? А все потому, что знакомый незнакомец держал меня за плечи и подозрительно хмыкал. А так порядочные мужчины не поступают. Правда, я не была точно в этом уверена, но слово не воробей, как говорится.

И вообще, негоже потешаться над дамой, попавшей в беду! И еще голос его подозрительно похож на голос того любителя окорочков куриных и всего, что там к ним прилагается бесполезного.

– Акирей? – жалобно спросила я.

– Так хамло или акирей? – усмехнулись надо мной. – Вы уж определитесь, дорогая!

Дорогая? Нет, вы это слышали? И таким это голосом было сказано, что захотелось пнуть его обладателя тут же и побольнее.

Из лучших, разумеется, побуждений.

– Не уверена в том, что понятия не равнозначны! – мрачно отозвалась я.

Ситуация все более мне не нравилась. Зрение не возвращалось, и я даже почти начала паниковать. А ведьма в панике – то еще существо. Ладно, что попала не куда-нибудь, а к этому зеленоглазому акирею, хоть один положительный момент во всем имелся. Правда, насколько положительный – неизвестно, мало ли что у дядьки в голове. Слава мамонтам, окорочками я не обладаю, а то бы начала опасаться за свою девичью честь.

Вместо ног у меня, выражаясь Марейриным языком, худющие мослы, которые приличным людям показывать стыдно. При этом зачем их показывать, да еще каким-то приличным людям – не уточнялось. А неприличным, выходит, можно показывать? Я бы на чужие ноги любоваться точно не стала, чего в них любовательного? Окажутся еще куриными, как у Беладонны, или вовсе волосатыми, как вон у этого акирея. Спать еще потом от страха перестанешь.