Здравствуйте, я ваша ведьма!

– И как вы умудрились здесь оказаться? Или у меня внезапно открылся стихийный портал, забрасывающий поступающих прямо сюда? – склонив голову набок, строго поинтересовался господин Камаро и тут же добавил: – Занятно.

Что там у него занятно – я не поняла, так как во все глаза засмотрелась на красавчика – ну хорош же! Даром что не эльф. С другой стороны, будь он эльфом, не был бы ведьмаком, у тех ведь магия чистого порядка, и такого дара, как у меня, обычно не бывает. Хотя… Тильда и Тиари подали пример другим эльфам, которые раньше не славились плодовитостью и считались чуть ли не вымирающим народом, а теперь стали брать в жены и мужья обычных магов, с которыми в браке рождалось много детей.

Камаро отмер, затем зачем-то крутанул рукой в воздухе, а я во все глаза глядела на образовавшееся светящееся нечто.

– А ну марш туда и чтобы больше сюда ни ногой! – рявкнул он.

Близнецы рванули вперед, чуть не роняя друг друга. Я тоже рванула, но была остановлена сильной рукой.

– А вас я попрошу остаться! – ровным холодным голосом сообщил нависший акирей и сверкнул глазищами.

Ага, так и я согласилась! Не совсем еще дурная! Вырвав локоть, я успела за близнецами в портал, который тут же схлопнулся со щелчком за моей спиной. Вот так вот! Я даже язык показала, обернувшись. Нечего бедных девочек обижать! Они и сами кого угодно могут обидеть.

Но как же интересно – тут и города вон какие развитые, и магия у ведьмаков интересная… Рыжие ж тоже ведьмаки, и тоже сумели портал построить. Неужели и я смогу со временем так колдовать? Ох, поскорее бы поступить, так не терпится начать учиться!

Мы с близнецами на всякий случай отошли подальше, а, завидев толпу, ринулись в нее.

– Вы тройняшки? – запыхавшись от бега, спросила я.

– Ага! – в голос ответили рыжие.

– А где ваш третий брат?

– Наш третий брат у мамули родился только пару месяцев назад, а так-то у нас сестра! – сказали вдруг позади меня девичьим голосом.

Обернувшись, я замерла – передо мной стояла ослепительно прекрасная нимфа – высокая, стройная, с гривой распущенных темно-медных волос, завивающихся кольцами. Ее белоснежная, без единой веснушки кожа просто ослепляла. Поразительно голубые, словно сапфиры, глаза смеялись, губы изогнулись в улыбке.