Здравствуйте, я ваша ведьма!

Цвет там такой… зелененький. И как ни странно, я попала. Ой! Мамочки! На всякий случай лучше влезть под кровать и притвориться мертвой. Собственно, я почти так и собиралась, но не учла, что за последние годы мой зад слегка раздался в разные стороны, и как в детстве уже не получится шмыгнуть от мамули в царство подкроватного монстра. Я банально застряла. То есть, ноги мои торчали снаружи, а голова была внутри, и благополучно чихнула от пыли. Трижды.

– Ой! – схватила меня за ноги родительница, пытаясь вытянуть неразумную дщерь на свет.

Ой – это было верно сказано, так как жабий понос – он такой. В самый неподходящий момент может подействовать. Собственно, по урчанию в ее животе я и поняла, что сейчас мне ноги вырвут и другим концом в то место, откуда они изначально росли, вставят. Вернее, не прямо сейчас. А слегка отсрочено, но наказания это не умаляло. Блиииин, куда деваться?

Фафнир, взобравшийся на шкаф и дававший советы нам оттуда обеим сразу, гнусно захихикал, прикрывая усатую морду лапой.

Это я успела увидеть, вылезая все-таки наружу и провожая согнувшуюся мамочку, семенящую к двери с матерными словами на устах. Фух! Ну и угораздило ж меня! Спасите кто-нибудь! Может, к папе пойти? Или не пойти?

И рюкзак жалко. Останки моих сокровищ лежали кучкой пепла возле распахнутого шкафа. Тут тебе и ракушка с моря, подаренная одним мальчишкой, в которого я была влюблена целых три дня, пока мы отдыхали в санатории всей семьей, и дневник с моими девичьими излияниями, в которых описывалось, как я влюблена в Тиари и какой он гад, что этого не замечает.

Любить эльфа, кстати, трудная задачка. Не знаю, как Тильда справляется, но такого сноба еще поискать надо. И что я в нем в детстве находила? Из хорошего уши одни смешные длинные, и все. Он даже разрешал мне их трогать, хотя по правилам это можно было делать только жене или невесте. Или такой наглой пронырливой ведьмочке, как я. Откуда я знала, что у эльфов это почти брачное предложение? Тьфу на них, в общем! Но уши смешные.

Жальче всего было, конечно, коллекцию камешков. Их я выменяла у соседа на перья павлина, которые, в свою очередь, немыслимым трудом добыла из, собственно, птички, забравшись к другому соседу в курятник. Или павлинятник? Задумавшись, как называется место для содержания этих райских птичек, пропустила возвращение мамули.

– Алисия! – гаркнула та, напугав меня безмерно.