Грань. Сборник мистических рассказов

Но потом ты поймешь, что надо жить дальше. И эта жизнь будет прекрасной.

– Раз ты так говоришь, я тебе верю.

Они просидели так еще семь минут – в ностальгической тишине, с теплом и грустью во взглядах. Затем она поднялась, коснулась губами его лба и, не оборачиваясь, покинула кафе.

Лев сидел какое-то время смотря в стену, пытался переварить чувства. А потом его окликнули.

– Лев?

Эта была совершенно другой. Статной, искрящейся, интересной, но без той наивности во взгляде, что была у Нее. Лев мотнул головой, улыбнулся.

– Конечно, Взрослая Жизнь, здравствуй, я как раз тебя ждал.

Она присела напротив, доставая из сумки бумаги.

– Займемся новым проектом? Мне очень понравились твои идеи, они меня вдохновили на нечто грандиозное. – Она заметила потерянность парня. – Все в порядке? Кто здесь был до меня?

Лев осекся, расплывшись в улыбке – все же она, сидящая напротив, ему очень нравилась. Он с интересом взглянул на бумаге перед собой и отмахнулся.

– Ничего особенного, здесь была Дружба, но она уже ушла.

Приступим?

Засыпанный Петербург

Говорят, большая сила – большая ответственность. Только ты вырастаешь, заканчиваешь институт, и сил у тебя нет никаких, зато ответственности – вагон. Работа редко бывает любимой, на досуг нет времени. Хочется иногда просто топнуть ногой в сенях, отбросить веер и упасть в объятия любимой нянечки. Только на дворе двадцать первый век, веера и сени вышли из моды, а нянечки у тебя никогда не было. Приходится искать себя в этой жизни, танцуя чечетку на граблях.

Философией я никогда не увлекалась, разве что из-за врожденного пессимизма была к этому предрасположена. Не ворчала на каждом углу, но и всеобщей радости не разделяла, хотя бы по поводу той же погоды – в Питере уже третий день светило солнце. Меня это совершенно не радовало.

День, два – да, возможно, но три подряд – это уже перебор.

Вся прелесть Питерских солнечных дней в том, что они бывают редко. В такие дни все сплочаются, выезжают на шашлыки, пьют, поют, веселятся.

Чувство, как в детстве, когда можно крикнуть в окна «Вася, выходи, солнце же!» И Вася выходит, вы гуляете, гоняете в футбол, раздираете коленки, валяетесь в пыли. А на следующий день «Вася, опять солнце!» И вы радуетесь, что можно так много гулять. А на третий день это перестает быть чем-то особенным. Ну, солнце и солнце, бывает. Дел у меня других что ли нет, кроме как гулять. Так что дождь – это хорошо. Главное, с какой стороны смотреть.