Суперагент

Кампания по борьбе с коррупцией пройдёт, а поборы останутся. Это система. Бороться с ней не собираются. Говорят о борьбе годы и годы, и годы будут говорить, и призывать к честности. Но система себя не собирается уничтожать. «Шишки» стригут денежки, и перегоняют их на оффшорные счета за рубеж, чтобы, при случае, сбежать, и жить за бугром сыто и счастливо. А стрелочникам показательно сносят головы. Сявкам. Мелочёвке пузатой. И неумеренным правдолюбцам, которые пытаются вякать. Лучше не высовываться – целее будешь.

–С вами всё ясно, Пузырёв, – завершила беседу Александра.

Бизнесмен Вася был ей уже не интересен. – Последний вопрос: почему ваша фирма называется «Абрикос», если вы торгуете линолеумом?

Пузырёв белозубо заулыбался. Ну, чудо, а не мужик! Само обаяние. Прямо картинка.

–Раньше начинал с абрикосов, да у нас азербайджанцы этим бизнесом заправляют – выдавили. Ушёл на линолеум.

–Больше вопросов не имею. Прощайте.

Александра поднялась с дивана, двинулась к двери, чтобы уйти.

–Подождите! – спохватился Пузырёв.

Подскочив к ней, он расплылся в новой подкупающей улыбке.—Извините. Как вас зовут, можно узнать?

–Следователь Андреева, – Александра источала холод.

–А имя?

–Я вам показывала удостоверение, там чёрным по белому написано. Надо было читать внимательно.

Сделав Пузырёву ручкой, она выскользнула в коридор и, быстро миновав его, оказалась на улице.

Итак, причина самоубийства Салеева выявлена – разочарование в любви. Завтра она дополнит свой отчёт заключениями экспертов и сдаст дело генералу Харченко – расследование-однодневка завершено, можно приниматься за новое!

«»»»»

–Подъём!

Александра вскочила, ошарашено оглядываясь.

Самое ужасное, что она была в собственной спальне, в пижаме бледно-розового цвета. И тут же (О, боже! И это не сон!) стоял в верхней одежде, а конкретно в утепленном варианте камуфляжного костюма, в которых ходят зимние рыбаки и охотники, Петя Загин.

На часах было пять-тридцать утра. Мать была встревожена. Нет, мать была в шоке.

Петька улыбался.

Александра разозлилась. Ведь предупреждала баранов, чтобы домой не являлись – мать была убеждённой либеральной демократкой западного направления, и мирилась со службой дочери в ФСБ, пока не видела явных проявлений этой службы. Теперь истерики было не миновать. Конечно, когда папа великий художник при Правительстве, можно быть пророком в собственном Отечестве, хотя мать только и мечтала, чтобы иммигрировать в Англию или Штаты.