Сердце ангела

Вот впереди появился навес для сена, он был пуст. Чуть дальше предприимчивый хозяин огородил территорию для птиц. Там неспешно прогуливались несколько кур и важный черный петух. Оля присела у сетки рабицы, просунула между прутьев травинку. Помнилось ей, что у бабушки в деревне куры гуляли за воротами. Местные же обитатели давным-давно выклевали всю зелень на своей делянке.

Через луг кто-то стал пробираться к сараям. Высокая трава гуляла из стороны в сторону, а потом между тонкими стебельками осоки появилась морда белой козы.

Животное не испугалось незнакомого человека, оно размеренно подошло к сараю, ухватилось губами за ручку и открыло дверь. Стоило дверь отпустить, и она под своей тяжестью пошла обратно к косяку. Коза на удивление была проворной, успела сунуть голову в проем и протиснуться внутрь.

Ольга решила узнать, где же живет такая сообразительная коза. Она поднялась и осторожно приоткрыла дверь сарая. Внутри было темно, пахло навозом, сеном и мышами. Оля зашла внутрь и осмотрелась.

Помещение являлось сосредоточением всякой-всячины. Тут был и старый советский велосипед, куча садового инвентаря, ведра, шланги, свал металлолома. Коза пропала в недрах этих завалов.

– Ме! – раздалось вдруг приглушенно издалека.

Оля прищурилась. Только сейчас она смогла разглядеть дверку, сколоченную из досок. Оттуда же доносилось странное лязганье: «Цвыньк, цвыньк!».

– Эй, есть тут кто?

На вопрос никто не ответил, однако лязганье на этом прекратилось.

С дальнего края послышались глухие шаги. Дверка протяжно скрипнула. Из темноты появился дед в фуфайке. Старое морщинистое лицо мужчины впитало в себя грязь, словно большая губка, короткие неровно обстриженные волосы были покрыты рыжей пылью.

Персонажа этого узнать не составляло труда. Вчерашним вечером его досье не вызвало у Оли интереса. Гончаров Борис Захарович имел возраст почтенный – семьдесят девять лет. Всю жизнь он проработал токарем на заводе металлообработки, был ценным работником, много молодежи профессии обучил.

Оля опустила взгляд и заметила в руках старика топор. Со стороны пришел запах тухлого мяса.

– Что тебе? – спросил дед так, как будто перед ним появился очередной ничего не смыслящий в этой жизни юнец.

Оля покосилась на топор, вспомнила описание повседневной жизни этого человека, фотографии его жилья.

Квартира Бориса Захаровича была заполнена потертой советской мебелью.