Василёк

Привычка записывать все подряд позволяла ей в любой момент времени вспомнить ход событий, слова свидетелей, собственные умозаключения по различным вопросам. Вся эта информация размещалась на всевозможных клочках бумаги, которые валялись в папке и книге валом. Женщина пошвырялась в своем бардачке и нашла там пустой лист бумаги. Повертев его перед собой, она отодвинула чашку с кофе и расположила лист перед собой.

– Давай начнем! Расскажи о ней!

– Ты не хочешь встретиться с ней сама?

– Нет! Я хочу сначала увидеть ее твоими глазами, потом глазами твоих коллег.

Мне необходимо знать, как она ведет себя с тобой и с другими людьми, обозначить грани ее характера, отклики на психологические раздражители. Общаясь с ней напрямую, я увижу лишь один камешек этого калейдоскопа. А тут вы все по крупице добавите! Ты – первый, начинай!

– Она… – Феликс задумался. – Она странная.

Елена покачала головой.

– Подожди, перескажи все с самого начала, без личной оценки ее действий и слов. Просто опиши все как можно точнее.

Феликс начал с того, как Василек поднял ор выше гор в первый момент их встречи. Потом рассказал о том, как он описывал Василисе плюсы переезда в столицу, ее реакцию на похвалу, критику, отказ от работы. Елена подробно просила обрисовать обстановку в доме, и тут Феликсу пришлось напрячь свою память, ведь для него все смешалось в розовую кашу. Цвет занавесок, предметы на открытых полках, посуда – Елену интересовало все, а он никак не мог вспомнить детали.

Когда речь зашла о ночном инциденте, Елена оторвала взгляд от бумаги, исписанной ровным подчерком, и удивленно ввозилась на собеседника.

– Ты приставал к слепой девушке, которую пытались убить?

Феликс кивнул, он нисколько не сомневался в своих действиях.

– Я просто добивался своей цели, исходя из принципа, что девушка попытается уйти в безопасную зону. Путь я ей показал лишь один – она должна будет переехать в Москву!

– Она сильно испугалась?

– Да, пожалуй, но она сделала так, как я хотел!

Елена оценивала новые для себя факты.

Феликс не испытывал к девушке ни капли жалости. Ему просто нужен был хороший программист, не больше. То, что она слепа, потеряла память и имела проблемы в общении с людьми, вовсе его не волновало. Он как будто делил людей на части. Личность Василисы была поделена им на программиста Василька и странную слепую девушку. Первая часть этой личности его очень интересовала, ко второй он был безразличен.