Бали из одуванчиков

Вот не зря я с утра вспомнила про положительные изменения. Как кто-то сказал, если хочешь, чтоб чего-то было больше, то нужно это сосчитать. Вот, посчитала хорошее, и добавилось еще одно.

Дружба

Сегодня Наташка, вдохновленная моими успехами в жизни, тоже начала действовать. Ей нравится Лешка – наш программист. Лешке нравятся пирожки и компьютерные игры.

С моей точки зрения – интересы не совместимые с Наташкой. Он просто автоматически сожрет все испеченные коллегой пирожки, даже не заметив ее.

Но Наташка поправила свою очень огромную грудь, выползающую из декольте, словно сдобное тесто, и сказала, что ее невозможно не заметить.

Мы с бухгалтером с трагическими лицами проводили пирожки в последний путь и стали ждать результатов.

Весь рабочий процесс накрылся.

Наташка не возвращалась долго. Мы уже предположили, что она пытает программиста своей сдобой. Хотели идти спасать. Но тут она вернулась и молча села на свое место.

Работа продолжала не работаться. Мы что гадать должны, что у них там произошло? Разве можно спокойно работать, не зная, что случилось с пирожками? Короче, первым не выдержал Гриша.

– Наташ, будь человеком! – потребовал он, но Наташа не захотела. – Если он тебя обидел, так и скажи! – продолжил наш бух. – Пойду морду ему набью!

Наташка скептически посмотрела на тощего Гришу. Огромного Лешку он вряд ли одолеет, тем более после такой горы пирожков.

– Ну? – настаивал на откровениях коллега.

– Ну, что, ну? – всхлипнула Наташка.

 – Сожрал все пирожки и предложил дружбу между отделами.

– А ты? – хором заволновались мы. Нам тут и самим, если что, пирожков мало.

Наташка поправила свои груди-пирожки и гордо заявила:

– Чай на сервер случайно пролила.

Мы облегченно выдохнули. То есть мы законно целый день фигней страдали, все равно ничего не работало.

Вечером я спокойно обдирала дома обои. Никто не мешал. Красота. Можно медитировать под звуки рвущейся бумаги. Сосед подозрительно долго не давал о себе знать.

Уже начала волноваться. За моего Эджа. На расстоянии он совсем на нечисть не похож.

Может им, мужикам, проще уживаться? Уже ревновать начала. Засыпать в гордом одиночестве, даже без кота, было неуютно. Снова начали накатывать грустные мысли о бессмысленности моего бытия. И вот, когда эти мысли почти улетучились, уступая место сну, как загремело вверху.

Походу все у них там хорошо, подумалось мне. Счастливая и спокойная за окружающий мир, я заснула.