Тайна одного забора. Комическое расследование

В зале наступила тишина, Семен Васильевич попытался достойно встать, но колени не разгибались и он, в согнутом положении, согнав не пострадавшего деда Петю, занял его место.

– Кому доктор нужен? – криво улыбаясь, с силой выдавил Семен Васильевич.

Присутствующие обернулись на деда Ивана. Дед Иван робко присел и вжал голову в плечи. Катерина Павловна по-хозяйски прошла к трибуне, аккуратно отобрала вставную челюсть деда Ивана из рук Алексея Николаевича, протерла ее тряпкой и отнесла хозяину. Дед Иван еще раз сглотнул слюну и спрятал челюсть в боковой карман.

– Ну, лишние члены на нашем собрании не помешают, – Степан Арсеньевич дал понять Семену Васильевичу, что тот может остаться.

В зале захихикали, на что голова снова грозно стукнул туфлей, но уже по полу и дал знак Алексею Николаевичу продолжать.

– По данному делу прошу выслушать свидетелей. Приглашается главный редактор и, по совместительству, собственный корреспондент газеты «Нескладная жизнь» Шмель Сергей Александрович.

Сергей Александрович, представитель местной интеллигенции, вплотную занимался интересным экземпляром насекомого, чудом спасшегося от наседания доярки Вали. В данный момент он с помощью фонарика карманного пытался разглядеть очертания насекомого, помещенного в спичечный коробок. Заметив к себе внимание окружающих, он положил коробок в карман и со скукой посмотрел на потолок.

– Сергей Александрович, Вы можете выступить свидетелем по данному делу? – обратился к нему участковый, на что Сергей отрицательно помахал головой.

 – Выходите и свидетельствуйте! – убедительно потребовал он, Сергей пожал плечами, но к трибуне вышел. – Вы можете подтвердить, что на заборе вашей соседки Надежды Афанасьевной двадцать восьмого и тридцатого июля, первого, третьего, пятого и седьмого августа были отмечены некоторые надписи? – зачитал Алексей Николаевич.

– Собственно говоря, трудно было их не заметить, она же всю округу оббежала и всем эти надписи предъявила, а я проживаю в соседнем доме, поэтому был одним из первых, кто слышал ее крики двадцать восьмого и тридцатого июля, а также первого, третьего, пятого и седьмого августа.

– Можете ли Вы что-нибудь сказать о содержании этих надписей?

– Насколько я понял со слов своей соседки Надежды Афанасьевной, надписи содержали сметану, сам я не пробовал, так как считаю, что слизывание сметаны с забора не совсем гигиенично, – зал одобряюще загудел.