Призыв – дело серьезное. Огонь моих крыльев

– Визуальная и звуковая иллюзия, – пояснила Войси-Лауди. – Теперь никто и не догадается, о чем мы беседуем.

Она увлекла меня в маленький сквер, разбитый по правую сторону от статуи местного хранителя – того самого Хрюстона. Остановившись прямо на дорожке, положила руку мне на грудь и погладила, удовлетворенно хмыкнув.

Это что еще такое?!

Ошарашенный столь откровенным поведением мистресс Войси-Лауди, как бы невзначай отодвинулся на полшага.

– Кхм… Вы желаете знать, как обстоят дела с моим заданием?

Нужно вести беседу правдоподобно, но себя не выдать.

Сложнее было сдержаться и не отбросить навязчивую даму подальше, точно гигантского болотного слизня. Непростая предстоит задачка.

– Не переживайте так, Дарро. Для остальных мы просто чинно беседуем, – по-своему поняла мою заминку ректорша. – Неужели вам незнакомо действие «Прикрытия»? Я удивлена, – Войси-Лауди сняла темные очки, убрав их в карман мундира.

Кожаный наряд обтягивал ее так плотно, что, казалось, вот-вот треснет на выдающихся формах.

И почему при взгляде на эту женщину у меня возникают мысли об айосанрийских борделях?

Самому там бывать не доводилось, но от гвардейцев всякого наслушался. Особенно от того самого, что любит веселить всех россказнями о женских романах. Ох, он и развратник! Тролль наполовину, но девки его любят, страсть! Так вот он рассказывал такое: якобы есть там специальные комнаты, куда клиента запирают, а специальные куртизанки, в кожаные одежды наряженные, до утра его чем ни попадя по разным местам охаживают.

Тот гвардеец все мечтал там побывать и попробовать, как это? Понять, в чем же радость? Над ним за это смеялись всем полком, предлагая свою помощь, но он отшучивался весьма неприлично.

Я опасливо покосился на хлыст, висевший на поясе у Войси-Лауди, заподозрив ее в подобных пристрастиях. И тут мои мысли перескочили в иное русло: «А не тот ли это хлыст, что использовал мальчишка, чтобы подчинить фарреха на арене?»

Пока думал, как бы выяснить это невзначай, наткнулся на плотоядную улыбку ректорши.

Она откровенно разглядывала мои губы, и я на миг растерялся. В ответ на мое невольное внимание, Войси-Лауди облизнулась напоказ.

Клянусь Раэссой, впервые в жизни мне настолько неловко рядом с женщиной! Наверное, так же себя чувствует невинная девушка, когда чересчур навязчивый поклонник неожиданно переходит грань приличия, а тебе и сбежать толком некуда.