Призыв – дело серьезное. Ошибка в ритуале

А любому женскому наряду – изгиб обнаженного бедра любимой женщины, спящей рядом в постели…

В груди тоскливо екнуло.

Стоп! Про чувства стоит забыть. Все равно с тех пор, как я потерял Лаллу, мое сердце сковало льдом сильнее, чем Наар-Дох, иначе я бы ни на ком другом и не женился. Благо наши законы позволяют правителям делать это по любви.

Оно и верно, кто рискнет спорить с огнекрылым?

До Церемонии Оглашения Намерений осталось совсем мало времени. Ворвавшись в свой кабинет, едва не сбил с ног секретаря.

Гансо, худосочный и вертлявый вчерашний адепт магической академии прибыл во дворец на практику всего полгода назад. Расторопный малый из обедневшего дворянского рода старательно выполнял свои обязанности в надежде заслужить мое уважение. С первых дней этот парень мне понравился нестандартным мышлением и понятливостью, к тому же был искренним патриотом Фриденвелта. По моему распоряжению он занял свою должность, сменив прежнего постнолицего и ленивого зануду, доставшегося мне от отца. К сожалению, мой родитель всегда куда больше радел о красоте завитушек в заглавной букве, чем о том, как скоро письмо отправится адресату.

– Где мое брачное ожерелье, Гансо?

– А… Оно там – замешкался было секретарь, но тут же ткнул большим пальцем куда-то себе за спину. – Я ждал сигнала к началу церемонии, как вы и велели.

– Неси.

– Ваше всемогущество?

– Мое. Гансо, немедленно! – строго посмотрел на секретаря, отметив, что тот выглядит слегка растерянно.

Через несколько секунд передо мной на стол опустилась шкатулка.

Я откинул крышку, и прозрачные халлы на темно-синем бархате приветливо блеснули. Горько улыбнувшись, погладил теплую поверхность магических камней пальцами. Вот так, думал, что приготовил отличный подарок, ан нет! Он оказался недостаточно хорош для одной чересчур привередливой принцессы.

Злясь на себя, закатал пышный рукав и резанул кинжалом ладонь. Черная сталь завибрировала, напитываясь магией. Кроваво-красный халл в рукояти мигнул, принимая очередную дань.

Протестующе пискнул Гансо, но я жестом остановил его и стиснул кулак, щедро орошая ожерелье собственной кровью. Несколько капель все же попали на кружевной обшлаг, когда я закончил. С неудовольствием посмотрел на них, сетуя, что согласился надеть эту дрянь, но гардеробмейстер безапелляционно заявил: «Так положено» и «Можно же хоть раз правителю одеться в соответствии с приличиями?»

Потер свежее пятно, но стало только хуже, и я бросил эту затею.