Темный-претёмный властелин 2

Отрастив острый коготь на указательном пальце, несколькими быстрыми росчерками процарапала символ.

Выступившие бисеринки крови вдруг вспыхнули голубым светом, сложившись в руну здоровья.

– Получилось! – обрадовался было ильв, но скис, как только сияние померкло и погасло совсем. – Ан нет…

– Не выходит, – растерянно обернулась медведица, качая головой. – Я здесь бессильна, – она расстроенно развела руками.

– Арандиль? – позвал я, не глядя на друга.

Внутри с каждым мигом зрело, набухало напряжение.

Я физически ощущал, как та, что стала мне так дорога, угасает на глазах, сжигаемая собственной магией.

– Арандиль? – позвал я.

Друг бросил на меня короткий взгляд и подошел ближе, сменив целительницу. Пробормотал-пропел что-то благозвучное, но неразборчивое на ильвийском. Приложив ко лбу Ренни ладонь, повернулся ко мне. Долгий и многозначительный взгляд рассказал мне о том, что он видит намного больше, чем мы. Магия ильвов тоньше магии темного пламени.

Это как сравнивать меч и стилус летописца. Только в первом случае каллиграфия получится не та, а вторым, в принципе тоже можно убить, но попотеть придется.

– Дел, я, конечно, попробую… – с тяжелым вздохом решился он.

Мелодичная вязь словесного заклинания подняла волоски на коже. Сложный, исполненный изящества пасс рукой, и промеж дерзко торчащих в стороны грудок Ренни нарисовался завиток. Один за одним завитки складывались в рисунок, оплетая всю грудную клетку красивой татуировкой – дерево с резной раскинувшейся кроной.

Его ствол и корни расчертили плоский животик до самого лобка, скрывавшегося под покрывалом. Линии тончайшего узора завораживающе мерцали зеленью и золотом.

От напряжения Арандиль побледнел точно мертвец, а вот кончики острых ушей, напротив, покраснели. Сил ильв не жалел, старался точно для кровной родственницы. Как будто спасал родную сестру или невесту…

Закончив, он пошатнулся, и Берта тут же оказалась рядом, поддержав его за плечи раньше, чем успел кто-то еще.

Арандиль послал ей взгляд, исполненный благодарности. Кажется, в отношениях этих двоих что-то поменялось после этой ночи?

– Все, – выдохнул ильв. – Это сильнейшая из привязок дома Золотого Листа. Почти такая же, как у меня самого, – выдохнул он. – Но магия Ирении, несмотря на сильную схожесть с нашей, почему-то отвергает связь. Любую. Словно ее что-то блокирует. Остался только ты, Дел.