Кафе Хенто

И врач продолжает надавливать на грудь. Раздается детский крик.

– Я все понял.

– Ну, раз понял, лети охранять своего пьяного садиста.

Артон

Жил на свете мальчик и звали его Антон. Он вырос и его стали звать Антон Петрович. Потом он вырос еще, и именем его стало – «тот нудный дед из третьего подъезда». А когда за ним пришла фигура в черном, он переименовался в номер 0037823. И когда 0037823 удалялся на высокой скорости в другие миры, он резко налетел на невидимую преграду.

Рядом появилась фигура мужчины в деловом костюме с постным лицом, плавно парящая в космосе.

– У меня тут ошибочка обнаружилась, господин Безычков, – произнес появившийся.

– Это уже не важно, ничего уже не важно, – ответил окрыленный свободой, 0037823.

– Вам может и не важно, а у меня отчетность, документы, – не терпящим возражений тоном ответил парящий.

– Я умер. Какие документы? – удивился 0037823.

– Вас при рождении записали как Артон, а при выписке свидетельства ошибочно переименовали в Антона, – сказал парящий, перелистывая какие-то бумаги.

– И что с того? – непонимающе спросил 0037823.

– А то, что с другим именем вы должны были прожить иную судьбу. И я, как главный корректор небесной канцелярии, аннулирую прожитую вами жизнь. Удачи и всех благ, – сухо сказал парящий и поставил штамп на папке.

0037823 моментально схлопнулся в точку и исчез.

В то же самое время на свет родился красный, со сморщенным лицом и яростно кричащий малыш.

Его положили матери на грудь, она улыбнулась и залепетала: «Артон, Артончик мой».

Будни ангела с косой

Жнец смерти

Тяжело размахивая крыльями, Мерий вышел из круга портала и, опираясь на косу, пошел к воротам.

– Привет Мерий! Что у тебя сегодня интересного?

– Открывай ворота Гистам, я адски устал. Двести тридцать душ. Самолет, два автобуса, придурки на катере. А полчаса назад, не поверишь, один идиот полез на трансформаторную будку за мячиком, его шарахнуло током, он упал, я уже тут, а он жив, смотрит и улыбается.

– Ложный, что ли?

– Нет. Хорошо, что я сразу не портнулся, конец смены же. Стою, смотрю на него, тот лыбиться перестал, поднялся, поковылял к дороге, наступил на люк, а тот не закрыт был, провалился.

– Ну хорошо, значит ведомости сойдутся.

– Ты не дослушал. Провалился и сидит, звать на помощь не хочет. Ну, я с ним сижу, вонища кругом, в канализацию угодил.