Пути-дороги гастрольные

Что ж, лошадки – первый сорт!

И не знаю, как смогла я

Страха дрожь остановить –

Знать душа моя святая

И нельзя её сломить!

Долго мчали мы лесами…

Погоди, рогатый вор!

Хоть и быстро мчатся сани,

Но коротким будет спор.

А пурга всё: сею, вею…

Вдруг вдали пропел петух!

Бег споткнулся. Я смелею,

Перехватываю дух,

Крест кладу… Держись, родная!

Кнут из рук нечистых – хвать!

Помоги мне, Пресвятая,

И давай бесов хлестать

И направо, и на лево

Всею силой вдоль хребта.

На боках бесовских пена,

За верстой бежит верста…

Не сломить нас, как былинку

Крепость хитростью не взять!

Рано правили поминки,

Растакую вашу….

Утомлённо скачет тройка,

Заметает след пурга.

Душу русскую не троньте! –

Обломаете рога!…

Вот вдали рассвет пробился,

Словно через толщу лет…

Огляделась – свет струился…

Я в избе? – Сомнений нет!…

А в душе всё посвист тонкий,

И в ушах метельный смех…

Ставни настежь шумно, звонко!

Заходи в мой дом, рассвет

Ни пурги, ни дикой тройки,

Ни бесовских глаз в пути,

Словно бред после попойки,

Но ведь я не пью! Ни-ни!

Но в ушах всё посвист тонкий

И в душе метельный смех.

Растворила ставни звонко:

Заходи в мой дом рассвет!

Заходи, мой гость желанный!

Снег стряхни, присядь к огню.

Я сейчас согрею чайник,

Свежим чаем угощу.

Притомился, чай, с дороги:

Всё идёшь, идёшь, идёшь

От порога до порога

Так и жизнь всю проживёшь?! –

«Я о том не сожалею,

Но хотел бы точно знать

Там, где тьму я одолею.

Будет солнце ли сиять?!»

09/07 – 1983 г.

Это только малюсенькая часть её стихов, песен и других творений как в стихах, так и в прозе, и я просто советую вам, дорогие мои друзья, окунуться в волшебство образов, созданных ею. Дай Бог здоровья и счастья, творческого горения дорогому моему, любимому всем сердцем Человеку, стойкой и талантливой Женщине – ЛЮБОВИ ЛАРКИНОЙ!

Людмила АЛЁШИНА-ДУЮН

Однажды утром

Стояло, на удивление, безветренное утро, что на Каспии бывает редко и очень редко! Море окутал плотный, словно молоко, туман.

Было сыро и зябко не по-летнему. Но вот из-за Красноводска*, пробив молочную пелену, блеснуло ласковое солнце, чуть подёрнутое лёгкой дымкой, и с первыми его лучами туман медленно стал удаляться в море и постепенно ушёл за горизонт. Перед глазами открылась совершенно гладкая, словно сверкающее зеркало, поверхность небольшой авазовской лагуны.