Призраки урочища страха

И, будто кто-то подслушал их разговор, сразу отпустило, полегчало.

– Эй, Пастернак, ты куда? – насторожено окликнул Грек Олега, сейчас привал!

Тот отмахнулся. Попало что-то в ботинок и натерло ногу. По голосам впереди он понял, что те тоже решили передохнуть. Он переобулся и, тяжело переводя дыхание, бездумно смотрел на усыпанную хвоей землю, пока не понял, что перед ним четко отпечатался след огромного сапога, который никак не мог принадлежать ни ему, ни его спутникам. И след этот был четкий и свежий. Кто-то прошел прямо перед ним, и, наверняка, сейчас недалеко от него.

Олег осторожно потянул из кобуры оружие. И тут впереди качнулись кусты, и темная фигура шевельнулась в нескольких шагах. Человек, стоя к нему спиной, внимательно всматривался вперед. Олег, не помня себя от страха, метнулся в сторону и нырнул в густые заросли папоротника позади росшей прямо перед ним старой, наполовину высохшей пихты. Он прижался к влажной, пахнущей грибами земле и стараясь унять гром сердца, осторожно выглянул поверх торчащего прямо перед ним гнилого и трухлявого пня, по которому шустро сновали рыжие муравьи. Человек насторожился, хищно повел носом, шумно втягивая воздух. Олегу вдруг показалось, что он слышит сопение, будто незнакомец, замерший перед ним, осторожно, по звериному, принюхивается к разнообразным таежным ароматам, пытаясь уловить и распознать слабый, ускользающий запах. Запах его, Олега тела. Парня вдруг сковал леденящий, безотчетный ужас. У него перехватило дыхание. Он не в силах был даже рукой шевельнуть. Впереди хрустнула ветка, зашуршали кусты. Человек, не прячась, по-хозяйски раздвигая кусты, уходил вглубь тайги. На негнущихся ногах Олег поднялся из своего убежища. От чувства страшной опасности, которой ему чудом удалось избежать, у него дрожали мелкой противной дрожью колени. Он вдруг понял, что рядом с ним постояла и посмотрела ему в глаза смерть. Олег жалко по-детски заплакал, не стыдясь своих слез, вытер глаза грязными ладонями, и, сам не зная зачем, двинулся в ту сторону, откуда несколько мгновений назад на него смотрела его смерть. Странный стоял тут туман. Сроду такого он не видел. Черные лохматые струйки висели в воздухе, извивались на ветру, корчились, как живые. Одна из них коснулась его кожи, и он чуть не закричал. Ощущение было таким, будто к теплому расслабленному телу прикоснулась холодная, скользкая, невероятно ядовитая змея. Укол был таким болезненным и парализующим, что, казалось, достиг самого сердца.