Герольд Морозовых владений

Про его существование он уже знал, но до сих пор не догадывался, что Шуршик – это просто маленький Шурш. А есть ещё Шурши большие, что ему и было немедленно объяснено.

– Меня бояться не надо, я маленький и хорошо для Шуршей воспитанный.

– Да я и не боюсь, – пожал плечами Егор.

– А чего ж такой испуганный? – не отставал Шуршик. Любопытство Шуршей не знает границ, оттого они всегда в листьях. Везде ищут истину и под всем видимым – скрытую причину, подоплёку то есть.

– Под опавшими листьями в сосновом бору находится мох, подо мхом – грибница.

Грибница – это такие белые ниточки в земле. От грибницы растут грибы. Но только летом и осенью. А белые – это те, которые с коричневыми шляпками, – рассказывал Шуршик, показывая Егору окольный путь к волшебному колодцу. – Они появляются только тогда, когда после дождя нога начинает, – бух, не договорил, – на белом мху поскальзываться. Вот как сейчас! – поднялся, отряхиваться не стал, всё равно весь в листьях.

– А с кем это там медведь? – скрывая страх, спросил Егор.

– А то ты не знаешь? – недоверчиво покосился Шуршик: – Они каждое утро с Шалауровым разминаются. Это зарядка такая, гимнастикой называется.

В колодец Егор не полез, только заглянул.

– Там сухо! – предлагал свою помощь Шуршик. – Ног не замочишь.

– А зачем?

– Сухо? – не понял Шуршик.

– Нет, лезть зачем?

– Не знаю, все дети лазят, – не задумываясь, ответил Шуршик.

– А в чём волшебство?

– Наверно, в том, что сухо.

– Пойдём лучше к Шишку, – разочарованно сказал Егор.

– К Шишку так к Шишку, – с готовностью отозвался Шуршик. Пошарил в куче листьев, нашел большой, ржавый ключ – такой Егорова бабушка называет амбарным. – Пошли. Его, правда, дома нет, но мы по-свойски.

Такая простота Егора удивила, но не насторожила – по-свойски так по-свойски. Пока Шуршик открывал замок, Егор озирался по сторонам. Рядом с домиком лесовичка был маленький огород, сильно затенённый сосновыми ветками. Что-то всё-таки в нём росло, но было уже убрано.

Лишь кучками лежала прелая ботва, и небольшие грядочки были аккуратно перекопаны.

– Тоже мне лесовичок – огороды разводит.

– Ну, есть-то ему чего-то надо, – заступился Шуршик, позвякивая никак не дававшимся замком. Наконец-то в замке хрустнуло, раздалась какая-то приятная мелодия, а потом не без усилия и с противным скрипом подалась дверь, открываясь внутрь маленькой, полутёмной комнаты – жилище жилищем, квартирой не назовёшь.