Хорошенький упырь без опыта работы. История чёрного серебра

Ты же знаешь, я не сплю по ночам.

– Спасибо, – устало улыбнулась Альбина. Обняла Аню на прощание и все еще неуверенно ушла.

Аня погасила верхний свет в палате, а сама села в уголке со своим планшетом. Старалась сосредоточиться на работе и не смотреть на Юлю под аппаратами.

Как же легко – одним-единственным щелчком! – можно сбить с человека высшую настройку, сделать из него почти животное, которое будет говорить и существовать в социуме просто потому, что в одиночку не выживет и не прокормится. Или почти в мертвеца.

Аня знала Альбину и Юлю не первый год. Но что же она видела теперь? Свалившееся несчастье превратило энергичную, яркую Альбину в измученную, измотанную тетку. А Юля лежит оплетенным проводами овощем… Станет ли она когда-нибудь вновь человеком?

В девять часов пришла медсестра, поставила Юле капельницу. На Аню внимания не обратила – то ли привыкла к тому, что в палате кто-то постоянно дежурит, то ли сказалось свойство «породы» – люди иногда инстинктивно реагировали на ее представителей не как на живых людей, а скорее как на мебель или покойников.

Особенно, когда представителям породы пора было отправляться «на променад». С досадой Аня поняла, что «на променад» пора бы.

«Ничего, ночь продержусь, а под утро кого-нибудь поймать даже легче, – дала она себе установку. – Конечно, качество неважнецкое, поддатый мажор какой-нибудь, но – что поделать? Иногда приходится перекусывать на бегу… К тому же под утро „надкусанного“ быстрее найдут и вернее откачают…»

Когда отделение совсем затихло, Аня выключила и нижний свет и притаилась на кушетке под окном.

На то, чтобы поработать и почитать была целая ночь, а сейчас хотелось поглядеть на ночное небо. Из-за второго корпуса больницы уже появилась полная луна. Облака плыли и плыли, омывая ее…

Пару раз Аня почти задремала, разомлев словно на солнцепеке, но тут же начинали пульсировать и саднить нервы в клыках, и она просыпалась.

В коридоре послышались неспешные деловитые шаги. Еще мгновение – и открылась дверь в палату.

Вошел крупный мужчина в одежде санитара; в руках он держал свернутое полотенце. Вернее – что-то, завернутое в полотенце. Спокойно, словно выполняя повседневную работу, он затворил дверь и подошел к Юлиной кровати. Сверток из полотенца положил на тумбочку, зажег свет у изголовья, вытащил из свертка шприц.

– Вы кто такой? – приподнялась на кушетке удивленная и настороженная Аня. – Что вы делаете?

– Не волнуйтесь, – тихо и деловито сказал мужчина.