Дикий танец Жасмин

Я забрал ее душу, – ответил, понимая, что мать уже обо всем догадалась.

– Ты испытываешь все то же, что и она. Всю ее боль. Что будет, если она умрет? – впервые видел, как по щеке этой сильной женщины стекает слеза. – Твоя сила, да и мой дар бесполезны. Я не смогу вылечить тебя.

– Я сильнее, чем кажусь на самом деле. Я не дам нам умереть, – ответил твердо.

– Но ты не властен над ее телом. Только над душой, и тебе это известно! – порывисто поднялась она, отворачиваясь, а взметнувшиеся юбки ее платья с шелестом опали к ногам.

– Значит, я удержу ее душу.

Все то время, пока я лежал, личная гвардия прочесывала Шагдарах, пытаясь отыскать места, где случился пожар, но неудача постигла вновь. Два жилых дома, один сарай, развалины старого замка на отшибе – они не нашли ни пылинки, которая бы указывала на то, что Аврора была там.

Следующая боль пришла днем. Спину обжигало. Красные полосы разрастались, а густая кровь растекалась по постели. Кожу буквально разрывало. Мать сидела со мной, не отходя.

Ее магия облегчала страдания, притупляла ощущения, но крови было слишком много. Моя же сила не откликалась вообще, но вскоре и эти раны затянулись.

Не представлял, что сейчас происходит с Авророй. Наверняка она сходила с ума и как никогда желала смерти, но я хотел испытывать ее боль, хотел разделять ее, чтобы знать, что с ней. Чтобы знать, что она еще жива.

– Лорд Ранисах Арокос ждет вас внизу, Ваша Светлость, – после тихого стука заглянул в комнату управляющий.

– Не смей никуда уезжать! Я запрещаю тебе! Я… я… Я прокляну тебя и лишу наследства! – фурией металась по покоям мать, ругая меня на все лады.

– Прости, но я должен. Аврора – часть меня. Лучшая часть.

Спешно спустившись к другу, я тепло поздоровался с ним. Мать всегда недолюбливала Ранисаха, и сейчас ее лицо выражало все оттенки недовольства. Она так и стояла наверху, опираясь на перила лестницы. Не спустилась даже тогда, когда мы направились к выходу из дворца.

– Я больше чем уверен, что она на одном из невольничьих рынков.

Именно там наказывают за непослушание плетьми, – объяснил я другу, забираясь на коня. – Отец, как и всегда, воспротивился тому, чтобы искоренить подобные сборища.

– Какой аргумент нашел Его Величество на этот раз? – с усмешкой спросил Ранисах.

– Никакой. Он ответил прямо и не скрываясь. Если приму бразды правления, смогу делать то, что посчитаю нужным, – без удовольствия повторил я услышанную фразу.