Неправильная Золушка

– Аделина, вы забываетесь, – смерил он меня недовольным взглядом.

– Эгар, будь мягче с сестрой, – сделала ему замечание Физеда. – Ада права. Если дела действительно обстоят так, как она рассказала, то лучше нам искать способ вернуться обратно в Реверонг.

– Я все сказал.

И он действительно все сказал. Ничего противопоставить мужчине не могли ни я, ни мачеха. Именно Эгар отвечал сейчас за нас. За наши жизни.

Глава 4: Все мы заложники тех или иных обстоятельств

Аделина

Я собиралась, словно на казнь.

Понимая всю неизбежность ближайшего будущего, всю его неотвратимость. Хотела бы изменить, да не могла. Никак не могла повлиять на ход событий.

Леди Физеда перерыла вместе со служанками весь мой прошлогодний гардероб, но ничего лучше, чем строгое черное платье, увы, мы отыскать не смогли. В том году я его так никуда и не надела, потому что оно было мне немного великовато, тогда как в этом году стало попросту мало. Но не настолько мало, как все остальные, которые могли бы прийтись как раз к случаю.

– Матушка, может быть, лучше, если я все-таки отправлюсь в том, во что облачена сейчас? – попыталась я уклониться от спешного переодевания.

– Ада, не пристало леди являться ко двору, словно мальчишка. Да тебя и на порог не пустят! Лучше пусть и слегка коротковатое, но платье. Тем более что в последнее время юбки столичных модниц открывают взору все больше и больше, – рассмеялась она, но за этим смехом я прекрасно видела нервозность.

Леди Пехто явно переживала, но успокоить ее я не могла.

Сама до боли прикусывала губы, едва вспоминала об отце. Должно быть, он сейчас места себе не находит, безуспешно пытаясь отыскать меня по всему Реверонгу.

– Но я не столичная модница.

– Так и я не предлагаю тебе выставлять напоказ все свои прелести. Должна быть в женщине какая-то загадка. И лучше, чтобы мужчина так и не смог ее разгадать.

Сбежать мне не удалось. В четыре руки служанки помогли мне принарядиться, непозволительно туго затягивая корсет.

Высокую прическу делать не стали, но и распущенными волосы Физеда мне оставить не разрешила. Сама убирала непослушные локоны в тугой пучок, выпустив по обеим сторонам от лица тонкие пружинки, что словно вытягивали силуэт, делая скулы в отражении острее.

Я сама на себя не походила. Не нравилась себе. Так и хотелось спрятать изящные туфельки под платье, но не получалось, потому как подол едва ли прикрывал щиколотки. И плечи.