Страшные сказки. Том 1-4

Картины, скульптуры и оружие оставили в доме для новых хозяев, а вот вещи жены и дочери пира осматривали особо тщательно, и не зря. Они пытались вынести из дома дорогую посуду, мешочки с золотом, ткани и ювелирку.

– А что же это вы, любезная, ткани, которые я для пирства приобрел, с собой захватили? Не ваше и не трогайте, – усмехнулся мой супруг, присаживаясь рядом со мной. – Я бы на вашем месте еще подумал, что вы с собой возьмете. Карета пиру принадлежит, а значит, здесь и останется. Лошадей я вам, конечно, дам, не зверь, но много они на себе не вытянут.

К слову, женщины плакали, стенали, просили милости, но лерг был непреклонен, а я и подавно. Когда люди искренни в своих порывах – это видно, а эти дамочки устраивали театральное представление и отлично тянули время.

– Так ночь уж вот-вот! Куда же мы в ночь? – стенала женщина, прижимая к груди накрахмаленный платок, вышитый золотыми нитями.

– А это меня мало волнует, но через четыре дня на территории лергства вас быть не должно.

Останетесь и последуете за супругом на плаху.

Провозились мы до самого позднего вечера. Ужинать в особняке я отказалась, вспомнив, что жена старосты обещала запеченный картофель с грибами. Драйян на мой ответ лишь усмехнулся, но не возразил. Уверена, что ему здесь оставаться тоже не по нраву.

Страшно было ехать по темноте с таким добром, но долго наш путь и не продлился. Карета остановилась на небольшой площади рядом с деревянным помостом, на котором уже готовили виселицу.

От увиденного ком встал в горле, но я все равно последовала за лергом.

– Ты можешь остаться в карете, – шепнул мне Драйян.

– И кем я тогда буду перед народом? Мы с тобой приговорили к смерти, нам обоим и отвечать.

Мужчина сжал мою руку – в знак поддержки, наверное. А может, и был рад, что я рядом с ним. Я же в этот момент не представляла, как выстою, но радовало то, что в вечерних сумерках подробностей не разглядеть.

Не хватало еще кошмарами мучиться за человека, который сам себе подписал смертный приговор, обворовывая не столько лерга, сколько народ.

После короткой речи приговор был исполнен. Были среди толпы зевак те, кто кричал ругательства, но в основном люди вели себя смирно и воспитанно.

– Уже к завтрашнему утру будет назначен новый пир. Он расскажет вам о дальнейших делах пирства, а пока расходитесь, – скомандовал лерг, уводя меня с площади.