Арибелла 2. Сокровище Сиальских островов

Дождавшись, когда он покончит с едой (этикет из меня все же выбивался неохотно), я сама затеяла беседу:

– Вы позвали меня на семейный ужин. Семейный ужин предполагает наличие за столом близких родственников. Где в таком случае мои родители?

– Я имел в виду нашу семью, – без лишней скромности ответил герцог, салютуя мне бокалом с чем-то темным. Но, увидев, что я не понимаю, благородно уточнил: – Нашу с тобой семью.

И вот тут я опешила окончательно.

– У нас с вами нет семьи, – напомнила я, разом засомневавшись в адекватности мужчины.

– Будет, душа моя. Тебе десерт положить?

Герцог Рейнар ар Риграф казался непробиваемым. Пока я сидела, смотрела в пустоту перед собой и пыталась принять тот факт, что нахожусь в плену либо у сумасшедшего, либо у самоуверенного наглеца (и неизвестно еще, какой из вариантов лучший), он открыто применял свои магические способности.

В частности заставил большое блюдо, что находилось под железной крышкой, воспарить над столом.

Крышка затем также приподнялась, давая мне рассмотреть все разнообразие пирожных.

Я промолчала. Герцог тоже, но пирожное для меня выбрал сам. Песочная корзиночка с кремом и ягодами проплыла по воздуху и опустилась на тарелку прямо передо мной.

Однако на этом фокусы не закончились. Следом по воздуху проплыло массивное обручальное кольцо с одним большим черным камнем и россыпью маленьких.

Оно приземлилось прямо в крем и оказалось невероятно красивым.

Взглянув на мужчину, я так и не смогла выражением лица передать все, что хотела сказать ему в этот момент.

Мало того что он был непробиваемым наглецом, так еще и магом оказался самым настоящим, раз владел бытовыми чарами. То есть кроме уникального дара он являлся обладателем еще и одной из стихий.

– Это семейная реликвия, так что, если выкинешь, я тебя выпорю, – мгновенно угадал он все мои намерения назло ему избавиться от украшения.

– Да вы… – задохнулась я от возмущения.

Как вообще такое можно говорить леди?! Да это уже ни в какие ворота!

– Не воспитан? Невозможен? Кажется, мы уже это проходили, – улыбнулся он мягко, глядя на меня с легким снисхождением. – Я откровенен, душа моя. Откровенен с тобой настолько, насколько вообще могу быть откровенным. Например, сейчас мне очень хочется тебя поцеловать. Поцеловать по-настоящему, а не во сне. Ты дико соблазнительна, когда злишься и при этом приоткрываешь губы.