Морской министр Французской республики. Действия французского флота 1896—1901

«У меня затоплений не было, лишь девять пожаров, – произнес капитан „Великодушного“ – Леми, – потери сорок пять человек, главный калибр из сорока четырех выстрелов попал лишь пару раз, когда „Фридриха“ взорвали, а 8-дм орудия вместе с 47-мм выстрелили три тысячи триста раз и триста раз попали, от одного удачного попадания тонул небольшой крейсер, отличные пушки».

«Если бы Вы тренировали лучше канониров 12-дм, то и второй броненосец могли бы подбить», – с ехидцей произнес Фурнье.

«Мой корабль тоже горел раз девять, Богу душу отдали четыре десятка матросов, – слово взял Винсент капитан „Верньо“, – точность была 12-дм башни 14%, так как из 42 снарядов в цель попали 6.

Именно мы уничтожили „Фридрих дер Гроссе“, а „Великодушный“: „Пруссию“, „Йорк“ и четыре бронепалубных крейсера. Наш 8-дм калибр стрелял хуже, но из 3195 выстрелов во врага попали 219, что тоже не плохо».

«Вы все герои, награду согласую с президентом, с сейчас чините корабли, пополняйте боекомплект, возможен и новый выход в море, – сказал всем Беснар, – а то и так „Сюффрену“ пару месяцев в доке стоять, и это при напряжении всех усилий, а остальным по месяцу, а Вас вице-адмирал Фурнье я попрошу остаться».

Когда все вышли Франсуа Эрнест ждал, что скажет морской министр, как нашкодивший мальчишка.

«Что там черт возьми у тебя произошло?» – прямо спросил Беснар.

«Да увлекся, после легкого утопления трех бронепалубных крейсеров, рядом легких сил не было, а на горизонте броненосцы врага, решил рискнуть, а они как поперли.

Строй пеленга у нашего отряда сломался, пока перестраивались миноносец и крейсера подошли, мина эта, а потом 31-см снаряд с „Фридриха“, всю душу мне выпотрошил».

«Ты понимаешь, что мог всё дело загубить, себе карьеру, мне, отличный броненосец „Сюффрен“ очернить в глазах всей Франции».

«Но, обошлось же, мы победители, а победителей, как Вы помните слова Екатерины 2 к Суворову, не судят».

«Вообще то это было сказано императрицей Габсбургов Марией Терезией в отношение её же полководца Виндишгреца, это потом Российская империя придумала своего Суворова, причем, воевали они в одних и тех-же местах, а Александр Васильевич был австрийским фельдмаршалом».

«В это верят?» – поднял брови Фурнье.

«Уровень образования не позволяет в этом факте усомниться, историю не преподают как науку, да и вообще она из литературы произошла, так как до 1848 года все архивы строжайше закрыты», – закончил разговор не в тему морской министр.